Командор войны

Действительно — нападение, чудесное спасение, человек, которого она когда-то знала…

— Артем, — нерешительно произнесла Ольга.

— Да.

— Извини, мне неловко, но не мог бы ты… я не видела твоих документов.

Наемник улыбнулся:

— Не проблема. — Он спокойно вытащил из кармана и протянул девушке полицейский жетон."

"Продукция фирмы «Шась Принт» могла пройти любую проверку. Шасы не только делали липовые документы, они сопровождали каждые выданные «корочки» полной, абсолютно достоверной легендой. Данные, указанные в документах Артема, были зафиксированы в компьютерах полицейского управления, налоговой службы, Пенсионного фонда и Фонда социальной защиты.

Обитатели Тайного Города жили намного дольше людей, и от качественных документов во многом зависела их безопасность. Нет, в «Шась Принт» можно было приобрести и простые «корочки», без сопровождения, но Кортес считал, что в данном случае деньги жалеть глупо, а Артем вполне доверял предусмотрительности своего напарника.

Дом она нашла легко — безликая муниципальная постройка, он стоял прямо на улице Яблочкова, метрах в пяти от проезжей части и буквально утопал в еще зеленых деревьях, верхушки которых доходили аж до шестого этажа, и этого было вполне достаточно — ее интересовал четвертый.

Окна квартиры, в которой она должна была оказаться, выходили во двор, что тоже было на руку: на улице полно челов — прохожих и дорожных рабочих в оранжевом, а лишний шум ни к чему. В инструкциях, которые она получила, это было подчеркнуто особо.

Митара обошла дом, выбрала подходящее дерево и, оглядевшись по сторонам и убедившись, что ее никто не видит, легко подпрыгнула и в одно мгновение скрылась в густой листве.

Ольга столь внимательно изучала полицейский жетон, что стало ясно — она видит полицейские документы впервые в жизни.

— Ты довольна?

— Извини. — Она вернула наемнику жетон.

— Ничего страшного.

Девушка выбралась из кресла, выключила проигрыватель и, замерев около него, глубоко вздохнула:

— Мне страшно.

— Не сомневаюсь.

Ольга зябко поежилась.

Артем понял, что следует быть помягче. Он подошел к девушке и обнял ее за плечи:

— Оля, страх — это чувство одиночек. Можно бояться, когда ты совсем одна, когда ты знаешь, что никто не придет тебе на помощь, а враг силен.

Сейчас у тебя есть я, и я помогу. Успокойся.

— Почему они преследуют именно меня?

— Не знаю. Мы вообще не уверены, что они преследуют именно тебя. Мы просто решили проверить твои подозрения. Скорее всего ты просто оказалась не в том месте, не в то время. И скоро все твои страхи кончатся, как страшный сон.

— Правда?

— Правда. — Он нежно поцеловал ее в губы и почувствовал ответ. — Некоторое время назад я был в точно таком же положении: меня хотели убить, я не знал, что происходит, и очень боялся.