Королевская кровь 12. Часть 1

— Не терпится взглянуть на еще одно чудо.

5 мая по времени Туры, Лортах

Максимилиан Тротт

Высокий берег заворачивал, открывая вид на реку и все новые рукава, и понижался террасами: папоротниковые чащи обрывались каменными уступами высотой в полтора-два человеческих роста и широкими выходами камня, который вклинивался со стороны реки в лес настолько, насколько хватало взгляда.

И если в рощах можно было идти, почти не таясь, то каменные поля и уступы приходилось преодолевать очень быстро и осторожно — потому что над рекой то и дело пролетали стрекозы со всадниками. Они не выглядели так, будто кого-то ищут, скорее, как патрули или посыльные, но все равно нужно было быть начеку.

Чет шел чуть впереди, отслеживая крупных хищников или возможные засады и распугивая разномастную живность, которую пожар выдавил на нетронутую местность.

— Ты слышал, что говорили всадники на водопое? — вполголоса сказал Тротт в спину дракону. — Местного императора убил кто-то из наших магов. Одна из лорташских армий разбита.

— Слышал, но понял со второго слова на третье, — ответил Мастер, чуть сбавляя шаг, но не прекращая цепко осматривать окрестности.

— Теперь понятно. Славный должен был быть бой, как думаешь? Хотя я даже не знаю, молод ли был здешний император или стар, силен или нет.

— Стар. Его боялись. Жаль, что его смерть нам ничего не дает, кроме вероятной разобщенности противника.

— Жаль, — согласился дракон. — Было бы неплохо, если бы здесь началась смута, и про нас забыли.

— Не с нашим счастьем, — усмехнулся Тротт, и Чет, хмыкнув в ответ, снова ушел вперед.

Алина шла, прислушиваясь к разговору, но не вмешиваясь. Тротт следил за тем, как двигается принцесса, готовый подхватить ее, но она уверенно спрыгивала вниз с камня на камень или планировала на крыльях.

Она была угрюма и чумаза до невозможности, но смотрела не только себе под ноги, а вполне ответственно держала в поле зрения возможные опасности.

Что не мешало ему страховать ее.

Она так повзрослела, что это пугало — в лице не осталось ничего юношеского, оно заострилось, стало жестче, и движения стали скупыми, без мягкости и расслабленности, присущими ей на Туре. Сейчас это были движения человека, который привык к тяжелым нагрузкам.Испачканное лицо выглядело бледным и усталым — а впереди еще минимум день без сна.

Хотелось на нее смотреть. Однако он тоже смотрел не только на нее, но и вокруг, и слушал — чуткий слух пока улавливал в лесу только животных, но пару раз они уже натыкались на следы вражеских отрядов.

— Поглядите, — тихо откликнул ее Тротт перед одним из спусков. — Стоянка иномирян, — он кивнул на кострище, закиданное землей, на кости, перемолотые крысозубами, примятую траву. — Значит, здесь они вполне могут находиться. Или появиться.