Королевская кровь 12. Часть 1
«Мы все пленники судьбы. Но иногда наступают эпохи, великие эпохи, когда меняется мир. Смотри внимательно, и ты увидишь знаки. Увидишь, как люди вырастают над судьбами, и даже боги склоняются перед их силой, перед добровольными и безоглядными жертвами во имя другого. Как борьба идет до последней капли крови, до последнего вздоха и смерти вопреки — и отступает рок, и ломается предначертание. Никогда такое не бывает случайно. Смотри. Наблюдай. Помни. Такое случается только тогда, когда мир уже треснул и нужны те, кто сошьет его вновь».
— Сейчас нашим планам наступления широким фронтом мешают два фактора: мирные жители, которых иномиряне удерживают в укреплениях, не позволяя нам применять артиллерию, и невидши, которые вырезают наши отряды один за другим. Они наверняка опять нападут этой ночью, в темноте, чтобы мы не смогли засечь и накрыть их издалека. Да, мы сегодня заминировали подходы к расположению батальонов, выкопали нефтяные ловушки, которые сдетонируют при касании, но это дает лишь время для маневра — завтра они нападут снова и найдут, кем разминировать их. Единственный способ не выжечь заложников в окопах врага — это ближний бой, но он же с невидши для нас обернется катастрофой.
Дармоншир слушал вполуха — все, что говорил Майлз, они обсудили чуть ранее, и теперь командующий доносил изменения в стратегии до заместителей и командиров подразделений. Здесь же помимо дармонширских командиров были и леди Виктория, и эмиратский адмирал Эсий Убарак, и командир бермонтских отрядов Ольрен Ровент, и майор Лариди, и командующий рудложских полков Вилков.
Они слушали, а Люк снова и снова прикидывал свои силы и сравнивал их с силами иномирян.
После боев у фортов его войска из двадцати тысяч новобранцев и четырех тысяч армейского состава потеряли убитыми и ранеными почти половину. Но пришел пятнадцатитысячный отряд эмиратцев — из которых шесть тысяч были командами боевых кораблей, и девять тысяч высадились пехотой. Оставались почти четыре тысячи берманов, которые привезли с собой почти восемьдесят орудий.
Казалось бы, почти десятитысячный перевес — сорок тысяч боевого состава против тридцати тысяч иномирян, больше двухсот орудий против нескольких десятков у них. Десятки бронированных машин для прикрытия пехоты — которые удалось провести просеками. Но при этом у противника выигрыш в мобильности и убойности в ближнем бою — больше трех тысяч охонгов, почти тысяча раньяров, две сотни тха-охонгов, и неизвестно сколько невидши, из-за которых потеряно за одну ночь несколько сотен бойцов.
А еще — подготовленные линии обороны с заложниками, сквозь которые нужно продираться.
Майлз продолжал говорить:
— Единственный доступный не-магам способ борьбы с невидши — огонь. Но у нас всего двадцать взводов огнеметчиков. И всего двадцать три мага имеют камни с огнедухами, переданными нам герцогиней Дармоншир.

















