Королевская кровь 12. Часть 1
«Мы все пленники судьбы. Но иногда наступают эпохи, великие эпохи, когда меняется мир. Смотри внимательно, и ты увидишь знаки. Увидишь, как люди вырастают над судьбами, и даже боги склоняются перед их силой, перед добровольными и безоглядными жертвами во имя другого. Как борьба идет до последней капли крови, до последнего вздоха и смерти вопреки — и отступает рок, и ломается предначертание. Никогда такое не бывает случайно. Смотри. Наблюдай. Помни. Такое случается только тогда, когда мир уже треснул и нужны те, кто сошьет его вновь».
Вики бросила на вспаханную землю дуговую заморозку — все же бежать по льду и мерзлой грязи легче, чем просто по грязи, да и машины не завязнут, и за спиной что-то одобрительно рявкнул командир берманов. Они пока пребывали в человеческом обличье.
Кромка щита коснулась насыпи перед рвами.
… — Три, два, один… пригибаемся! — заорала Виктория, усилив голос так, что ее услышали все. Берманы заревели — так, чтобы всему отряду было слышно, и под этот рев она подняла большой щит, делая его почти плоским — продержит его еще несколько минут, чтобы защитить своих людей от раньяров.
С той стороны раздались выстрелы, навстречу неуловимо быстро метнулись невидши, щелкая челюстями, завывая, волной выплеснувшись из окопов — сколько хватало взгляда вправо и влево, они выползали, выпрыгивали из рвов, неслись вперед — Виктория, хладнокровно подождав, пока до передних останется шагов двадцать, бросила одно из заготовленных массированных заклинаний — Великий стазис, который покрыл вширь почти тот же километр. И все впереди замерло.
— Десять минут! — напомнила она с усилением. — Уничтожьте их как можно больше, пока сюда не пришли невидши с флангов, не задетых стазисом!
Мимо нее уже неслись берманы, перепрыгивая через стволы, бежали маги, одетые в модифицированные ею Доспехи, под прикрытием машин бежали стрелки и огнеметчики.
Во рвах вперемешку застыли испуганные заложники — женщины, мужчины, старухи и старушки, дети, присевшие, закрывающие головы связанными руками, вжавшиеся в стенки… иномиряне с оружием — с перекошенными от страха и ярости лицами, за окопами метров на пятнадцать — охонги с всадниками, снова невидши.
Берманы, как опытные лесорубы, секирами сносили инсектолюдям головы, команда Лариди работала разрывными, маги и огнеметчики жгли тех, кто оказался подальше от людей. Бойцы расстреливали и резали замерших иномирян.
Грязно, бесчестно — но с бесчестным врагом не раскланиваются.
Воняло паленой плотью, кровью и муравьиной кислотой. Почти шеститысячное подразделение начало перемалывать застывших инсектоидов — но со стороны города быстро пошли, перебирая лапами, охонги с вооруженными всадниками.
"Сверху в «крышку» продолжали колотиться раньяры. Разлетелись — снова ударила артиллерия, и взрыв отозвался у нее в голове болью. Из носа потекла кровь, и она быстро, на ходу, залечила сосуд.
Вернулись раньяры.

















