Королевская кровь 11. Чужие боги

Охотники почтительно отступили, когда Медейра пробегала мимо, с любопытством оглянулись на Алину. Она поспешила юркнуть обратно в дом. Мужское внимание было ей неприятно.

Четери продолжал беззаботно есть. Тротт обходил дом: выдвигал лари и изучал их, трогал утварь, вертел в руках инструменты непонятного назначения. Алина и сама хотела поизучать обстановку и уже махнула было крыльями, чтобы подлететь к переходу на второй этаж, когда плетенная из лиан дверь зашуршала и в доме появился гость.

Это оказался величественный и прямой старик, в седые волосы которого были вплетены перья.

Морщинистый, в пестрой рубашке, он принес странное блюдо: еще дымящуюся половинку чего-то, сильно похожего на длинную обугленную снаружи дыню, заполненную мясом. Он протянул блюдо на руках и торжественно заговорил – Алина, так и оставшаяся стоять у лестницы, разобрала «гости, пища, вкусно». Произношение было быстрым, слегка невнятным – с Далин и Венин, с дар-тени было общаться куда проще и понятнее.

Тротт, снова вынужденно работающий переводчиком, напряженно вслушивался, что-то переспросил."

"– Халы́ш, халыш, – повторил старик и добавил, ставя дыню на стол перед Четери: – Угощение, приветствие.

– Он говорит, что принес нам халыш, это как… угощение гостю, – объяснил Тротт наконец. – А взамен просит кусок одежды исполина, чтобы повязать на руку беременной внучке – пусть она родит такого же могучего воина.

Четери, выслушав перевод, не вставая оторвал и так уже дырявый рукав с истерзанной лианами рубахи, которую он рачительно забрал с полянки, сунув за пояс: скарба у них и так было мало, и даже рваная тряпка бы пригодилась. Рукав он почтительно передал старику. Тот воссиял, отщипнул от дыни кусок и настойчиво сунул дракону прямо в рот, что-то приговаривая и хлопая того по щеке.

– Он говорит, что был в молодости сильным охотником и дарит тебе часть своей удачи, – объяснила Тротт.

Чет даже не удивился, просто молча заработал челюстями, и Алина подумала, что за свою жизнь он, наверное, видел и что-то похлеще.

– И ты уже тут, Ве́дур, – раздался ворчливый голос. Под полог ступил еще один старик, почти копия первого, теперь с большим горшком, в котором опасно плескалось дымящееся варево и болтались штук шесть огромных ложек.

По дому потек запах крепкого бульона и кореньев. – Я сразу смекнул, что ты тут же побежишь сюда.

– А ты всегда приходишь вторым, Пете́г, – отозвался первый, демонстративно протянув вперед руки с добытым рваным рукавом. Запоздавший гость поджал губы, чуть не сплюнув, и обратился к Четери, который пытался откусить лепешку.

– Я принес тебе халыш, ергах, – сказал он торжественно.

– Я уже их понимаю, – буркнул Чет Максу, проглотив кусок лепешки. – У него наверняка тоже есть беременная внучка.