Королевская кровь 11. Чужие боги

Из плеча Итхир-Каса текла кровь, рука немела. Зверь, кувыркнувшись, превратился в юношу с горящим янтарем взглядом, развернулся, приседая, и прыгнул, занося клинок над врагом.

– Щенок, – прошипел Итхир-Кас, встречаясь с ним взглядом в полете. Молодой колдун рухнул, словно наткнувшись на стену, заскреб ногтями по грязи, пытаясь схватить отлетевший клинок. Он, на удивление, пытался противостоять давлению – и старик Ши еще не сдох, хотя должен был уже, и теперь на императора Лортаха давили с двух сторон. Но куда им было победить его – мальчишке и почти дохлому старцу?

– Твой щенок? – спросил Итхир-Кас, ставя ногу на спину юному бойцу, поднимая его голову за волосы и приставляя к шее нож раненой рукой.

Старик молчал, перекатившись на бок, сжимая меч, торчащий из груди, – но глаза у него наливались тем же янтарем, и земля странно подрагивала в такт его тяжелому дыханию. И все это время он давил, не сдаваясь, не пытаясь отступить – хотя ему должно было быть невыносимо больно.

Мальчишка вдруг дернулся назад, и Итхир-Кас на секунду отвел взгляд от старика. А когда снова посмотрел – Ши легко дунул на ладонь с горстью своей крови, и с нее сорвалась золотисто-фиолетовая птаха, бросившись на императора Лортаха.

"

"Он отклонился – но этого хватило мальчишке, чтобы кувыркнуться прочь. Итхир-Кас успел дернуть кинжалом – но подвела раненая рука, и тот скользнул по длинной серьге, не причинив вреда, – а император только успел увидеть горящие ненавистью глаза, как щенок из какой-то невероятной позиции, продолжая кувырок спиной к нему, выдернул из петель на поясе два ножа и обеими руками бросил их. А затем, в движении, с удивительной легкостью – еще три, один за другим, – и только потом был отшвырнут ментальным ударом Итхир-Каса.

Император Лортаха увернулся. Качнулся к умирающему старику. Тот улыбался.

– Пророчества бывают не точны. Я уйду не один, – прошептал он на своем певучем языке.

Итхир-Кас хотел проклясть его, но из горла вырвалось бульканье. Он поднял руку – из шеи, из щели над доспехом, пронзив гортань, торчал короткий нож. Кровь, горячая и красная, окрасила его руки.

Просвистел еще нож, воткнувшись ему в глазницу, пронзив мозг.

Император упал, но он был закаленным бойцом – и гаснущим сознанием успел послать своим невидши ментальный приказ убить обоих колдунов, а воинам, всем, кто мог его услышать – не останавливаться и резать врагов, готовя мир к приходу богов.

Он умер, чувствуя вкус своей крови – такой же, как вкус крови каждого, кого он убил, – а в ушах его звучал каркающий смех старухи Индерин.

Вей Ши увидел, как к деду его и к нему поползли, преодолевая слабеющее ментальное сопротивление, десятки чудовищ.