Королевская кровь 11. Чужие боги

Но переходы сейчас давались очень тяжело, особенно в горах, и если срочно придет на сигналку вызов от командующего Майлза и придется от Алекса сначала прыгать к лорду Лукасу, где бы он сейчас ни был, а потом в Инляндию, велик риск надорваться. Поэтому оставалось подставлять лицо солнцу и дремать здесь, на высоте, в окружении вершин и сверкающих ледников.

Она напекла себе оладий на маленькой сковородке и выпила у обрыва кофе, а затем засела за расчеты новых боевых заклинаний, да так увлеклась, что не сразу сообразила, что на запястье пульсирует сигналка от Дармоншира.

А заметив, сунула блокнот в нагрудный карман, хлопнула себя по бедру, вызывая Доспех, и открыла Зеркало, накастовав боевые щиты и подготовив несколько атакующих заклинаний. Кто знает, куда уже успел встрять лорд Лукас с подозрительно инландеровской аурой.

Лорд Лукас успел встрять в удивительное. Вики поначалу опешила, выйдя рядом с герцогом среди хрипящих драконов и истощенных людей без волос и бровей, с выступающими ребрами, в грохот и рев разрушающейся горы, в шум воды, прибывающей в реке. А творящееся у склона, смерчи, уносящие ввысь столбы пыли, сонмы стихийных духов, помогающих драконам, заставили ее и вовсе замереть, а ученого внутри – делать мысленные заметки, которые можно перенести потом в записи.

– Леди Виктория! – Дармоншир почти кричал, иначе его было не расслышать. – Простите, что заставил ждать, но я, признаюсь, не сразу вспомнил о сигналке! Как видите, тут нужна ваша помощь!

– Да уж вижу, – ответила Вики медленно, деактивируя и Доспех, и боевые заклинания. – Вы правильно сделали, что позвали меня, – она хмуро посмотрела на осколок горы, за которым плескало огромное озеро.

 – Есть какая-то первоочередная задача?

Через какие-то минуты подальше от берега реки на камнях запылали несколько гигантских костров в пять человеческих ростов, которые Виктория завязала на якорь-камни. Огонь она предусмотрительно огородила валунами по пояс человеку – ибо несло жаром так, что у нее мгновенно разогрелась и стянулась кожа лица.

Костры на ее накопителях прогорят минимум шесть часов, а затем можно зажечь новые.

Драконы подползали ближе, те, кто уже обернулся, прислонялись к валунам, протягивали к огню руки.

Вновь прилетевшие, здоровые соплеменники Владыки доставали из сумок одеяла – но их на всех не хватало – и тут же шли лечить тех, кому было тяжелее всего, и пытались объяснить, что происходит, какой сейчас год, сколько времени прошло.

Кто-то обнимался, кто-то плакал или растерянно озирался, кто-то кормил спасенное дитя. Кто-то тихо разговаривал – и Виктория улавливала и горечь, и ненависть. Много раз звучало название «Рудлог».