Королевский отбор, или Попаданка под прикрытием

‒ Это очень много значит для меня.

Внутри меня что-то треснуло. Что-то твердое, казавшееся нерушимым. Дракон же ликовал и рычал. Он толкал меня вперед. Молил сделал последний отчаянный шаг. Забыть о контроле. Забыть обо всем важном. Потому что нечто ценное происходило здесь, в этой комнате.

Я посмотрел на девушку, и стоило нашим взглядам встретиться, как рваный выдох сорвался с моих губ безмолвной пыткой.

Все внутри меня кричало: отодвинься назад, беги отсюда. Но я позволил себе маленькую слабость и наклонился вперед. Совсем немного. На грани допустимого.

Я проверял себя, свою выдержку. Взгляд мой пробежался по лицу Анжелики, спустился по гладкой шее прямо к вырезу платья, где грудь девушки вздымалась и опускалась заметно быстрее привычного.

Неужели она взволнованна так же?

Эта мысль была так сладка, что я не удержался и, поднеся свободную ладонь к щеке Анжелики, провел по ней тыльной стороной ладони, с тягучим удовольствием отмечая гладкость кожи.

И именно в этот момент неожиданный разряд как будто молнией пронесся между нами. Это было больше, чем просто физическое прикосновение; это было подобно магическим токам, запускающим сердце на новый ритм.

Я всегда думал, что моя сила и уверенность непоколебимы, но в этот момент они казались хрупкими перед лицом нежности девушки.

‒ Дами...  ‒ мое имя сорвалось с ее манящих губ шепотом, но оно прогремело в моих ушах, как гром. Я смотрел на Лику и видел отражение того, что чувствовал сам ‒ смесь страха и влечения, борьбы и поражения. Внутри меня бушевал бурный океан эмоций, и я знал, что больше не могу прятаться за маской равнодушия.

Дракон ‒ символ моей силы и гнева, рычал от нетерпения и желания.

Он подталкивал меня к действию, к последнему отчаянному шагу, которого я так долго избегал. Забыть о контроле, забыть о правилах, которые я сам себе установил. Потому что в этой комнате в этот момент только притяжение имело значение.

Глубоко вздохнув, я попытался усмирить тягу, но стоило нашим взглядам встретиться вновь, понял, что уже слишком поздно. Я не мог больше сопротивляться тому азарту, который она во мне разожгла.

‒ Лика... ‒ мой голос разнесся по покоям хриплой мольбой, когда я склонился к Анжелике почти вплотную.

Мы оба замерли, и в этом молчании я услышал ответ на все свои вопросы. Насколько далеко она сможет зайти? Насколько далеко я позволю?

Настолько, насколько она того пожелает!

И тогда я сдался. Сдался перед ее смелостью, перед ее стойкостью, перед ее непослушной дерзостью. Мои губы нашли губы Анжелики, и все вокруг перестало для меня существовать.

Был только я. И была она. А все остальное пусть катится в бездну!

Дракон возликовал.