Красавица и чудовище

Так… – Раиса Аркадьевна склонилась над журналом. – В декабре. Женя еще телефон забыл, и отец его принес. А потом уж мы с ним разговорились, и он охотно оплатил и обеды, и поездку в Москву…

– Какую еще поездку… – Лиза похолодела – кажется, теперь все встало на свои места. Опять Москва. А ведь она ясно дала понять, что никуда ее сын не поедет.

– Так летом весь класс едет… – Учительница пожала плечами, но, заметив бледность родительницы, внимательно посмотрела на нее поверх толстых линз очков. – Что с вами? Вам плохо?

– Сколько денег он заплатил? – едва слышно проговорила Лиза и оттянула ворот водолазки.

Воздуха катастрофически не доставало. Этого еще не хватало, она и так должна была Алексу огромную по ее меркам сумму денег.

– Тридцать тысяч рублей, – отчеканила Раиса Аркадьевна. – Но я их уже оплатила. Поэтому если вы хотите вернуть, то…

Она встала, налила из кулера холодной воды и отдала Лизе стакан.

– Нет, ничего не нужно возвращать. – Сделав несколько больших глотков, Лиза спросила, чтобы убедиться в правдивости своей догадки: – Как он выглядел?

– Кто?

– Муж.

– С вами точно все нормально? – с сомнением спросила учительница и, получив в ответ кивок, прикрыла глаза, вспоминая внешность Краснова.

 – Высокий, темноволосый, широкоплечий. Глаза серые…

Лиза молча слушала и ощущала в груди нараставшую злость. Гилберт как никто подходил под описание «мужа» и вполне мог провернуть это все за ее спиной. И ведь не удосужился поставить в известность…

– Да они же похожи! У меня даже сомнений не возникло…

Раиса Аркадьевна невольно затронула тему, которая Лизе была неприятна. Еще во время поездки в Нижний Новгород она заметила внешнюю схожесть сына и Алекса, но не придала этому значения.

В конце концов, на планете миллионы людей, да и она совершенно точно знала отца своего ребенка. Кроме родителей, у Царева родственников не было – значит, просто совпадение, другого разумного объяснения не находилось.

А сейчас словно что-то щелкнуло в мозгу, и он заработал в полную силу, умело складывая детали в одну общую картину. Гилберт и Царев… тоже внешне очень похожи. Алекс знал слишком много подробностей ее прошлого, даже то, что угадать невозможно в принципе, а еще эта ручка… Логическая цепочка сводилась к какой-то чуши – Гилберт и есть Царев… Но это невозможно! Физически невозможно, Царев не мог так сильно измениться и забыть ее тоже не мог…

Женя… ее Женя, каким она его запомнила и до сих пор любила, был совершенно другим: мягким, нежным, заботливым… Царев тут же предстал перед глазами – обаятельная улыбка, ямочки на щеках и горящий обожанием взгляд.

Сердце Лизы забилось быстрее, но картинка резко сменилась другим лицом – властным и суровым.