Красавица и чудовище

 – Силы стремительно истощались, Алекс хотел как можно скорее закончить разговор, но мать не желала успокаиваться.

– Да с чем ты можешь разобраться? Ты такой же, как и твой отец! Стоит только юбкой поманить, и бежите, сразу забыв обо всем, о долге и чести."

"– Что ты несешь? – Алекс с трудом сглотнул и достал градусник. Цифры не впечатлили – тридцать восемь и восемь снова высветилось на дисплее. Температура опять ползла вверх.

– А ты не в курсе, что он решил уйти из семьи?

– Нет.

– И знаешь, к кому? К этой твоей вертихвостке Элис.

– Это бред, – отмахнулся он, исключая даже мысль об этом.

Во-первых, Элис предпочитает женщин, а, во-вторых, уж ему-то она бы давно об этом рассказала. Между ними никогда не было тайн.

– Позвони ей и убедишься. Они столько лет делали из нас идиотов! Ты думал, она лесбиянка? Ан нет! Она обычная шлюха, разрушающая чужие семьи!

– Мам, прекрати истерику и объясни, чего ты от меня хочешь, – хрипло попросил Алекс, мечтая лишь о том, чтобы она от него, наконец, отстала.

– Поговори с отцом. – Почувствовав слабину, она резко изменила тон голоса и вновь стала любящей матерью.

– И что я должен ему сказать?

– Не знаю, уговори его не принимать поспешных решений.

Новость сильно удивила Алекса, но он не собирался устраивать разборок. Просто не думал, что отец когда-то решится на такое. В его глазах тот всегда был примерным семьянином, не опорочившим себя походами налево. Хоть они никогда не были особо близки, но теплые дружеские отношения поддерживали. И если отец принял такое решение, Алекс просто обязан был с ним согласиться.

– Мам, ты серьезно просишь меня прочитать отцу мораль? – Алекс шумно втянул воздух и продолжил: – Он взрослый человек и волен поступать так, как считает нужным.

– Ты не понимаешь, что рушится семья? – возмутилась она и истерично добавила: – Твоя семья!

– Нет, мам. Это твоя семья. Я не намерен вставать ни на чью сторону. – Алекс не повелся на провокацию и постарался как можно доходчивее донести до нее свою позицию.

– Да как ты смеешь так со мной разговаривать? Ты забыл, что я твоя мать?! Сколько я в тебя вложила!

– Не забыл, – холодно ответил он, тщательно подбирая слова. – И только поэтому все еще продолжаю содержать тебя с твоими запросами.

Но всему есть предел, и мое терпение не бесконечно.

– Что ты хочешь этим сказать? – Ирина Борисовна насторожилась.

– Ничего. Я просто устал. Приедет Элис, я с ней поговорю. С отцом разбирайся сама.

– Хорошо. – Она вынужденно согласилась, поняв, что спорить бесполезно, но не удержалась от едкого комментария. – Твоя Элис тебе напоет. Я всегда говорила, ей нельзя доверять.

– Я сам решу, кому и что можно доверять! – раздраженно крикнул он, о чем сразу же пожалел и схватился за горло.