Красавица и чудовище

– Вы давно знакомы?

– Мы познакомились еще в России, я была медсестрой в больнице, где он лежал…

– Что было дальше? Вы… – Лиза многозначительно замолчала, пытаясь подобрать более мягкое слово.

– Любовниками мы никогда не были, – ответила Элис, поняв все без пояснений. – Это всего лишь прикрытие для любопытных. Алекс всегда любил тебя, а я другого человека. Так было проще. – Она опустилась на стул напротив. – Лиз, давай ты прямо скажешь, что тебя интересует.

– Просто расскажи мне, как он жил эти десять лет.

– Зачем тебе это?

– Элис, пожалуйста, – попросила Лиза с немой мольбой во взгляде.

Сама не понимала зачем, но очень хотела все узнать. Ощутила, что ей просто необходимо понять Алекса, прочувствовать его боль.

– Хорошо. – Элис кивнула и, взяв чашку, задумалась, о чем стоит поведать в первую очередь.

Лиза молчала и терпеливо ждала. Просто замерла и боялась пошевелиться, чтобы ненароком не сбить Элис.

– Когда его привезли, была моя смена, и я видела все. На нем живого места не было. Множественные ожоги, переломы. Много часов операции и реанимация. Он был в коме несколько дней, врачи не давали прогнозов.

Мать сутками сидела у его кровати, хотя это и было запрещено, но очнулся он, когда ее не было. И первое, что сказал, – твое имя. – Лиза ощутила, как нервная дрожь прошла по телу, а дыхание резко перехватило. Невольно представила, какой ужас пережил Женя, и от этого сердце мучительно сжалось. Как бы она хотела быть рядом с ним, помочь пережить весь этот кошмар, но даже этого ее лишили.

– Он пришел в себя и постоянно спрашивал о тебе, но никто не мог дать внятных ответов, никто не знал о тебе ничего. А он продолжал ждать.

Потом мать сказала, что ты вместе с мужем уехала, Алекс потух и замкнулся в себе. – Слезы непроизвольно потекли из глаз Лизы, она не могла остановить этот поток. – Он больше не спрашивал, но надежду не потерял. Алекс ждал тебя до последнего. Даже в аэропорту продолжал ждать.

– Я уже не могла вырваться. – Лиза закрыла лицо руками, едва справляясь с душившими ее эмоциями. – Я ничего не могла…

Элис горько усмехнулась и продолжила:"

"– В Канаду Алекс приехал уже другим человеком… Множество операций, тяжелая реабилитация, врачи делали все, что могли, но он не хотел ничего.

Просто лежал и смотрел в потолок. В какой-то момент случился перелом. Я думаю, маменька постаралась. Семена ее ненависти упали на благодатную почву, и именно это дало ему необходимый толчок. Он, наконец, нашел в себе силы и начал заниматься. Еще через полгода стал учиться ходить.

Лиза слушала и едва дышала. Даже через столько лет ощущала его боль и отчаяние. Женя выживал, как умел, разве могла она судить его?

– Алекс сублимировал свою боль в ненависть и как одержимый работал.