Красавец опекун

— Просто наблюдайте, — прошептала она, сверкая глазами.

Задумчиво посмотрев на девушку, Августа Бенборо перевела взгляд на дверь как раз в тот момент, когда та открылась. В комнату одна за другой вошли Сара, Арабелла и Лиззи.

Воцарилось молчание. Макс Ротербридж и его тетушка, которая вращалась в свете более пятидесяти лет, недоверчиво взирали на своих подопечных. Девушки спокойно и уверенно присели в реверансе сначала перед Максом, затем перед ее светлостью.

По знаку Каролины они подошли поближе, ожидая, когда их представят лишившемуся дара речи Максу, который продолжал стоять, и его изумленной тетке.

Когда девушки отошли от него к леди Бенборо, Макс закрыл глаза, затем снова открыл их, но девушки никуда не исчезли. Они ему не привиделись — три совершеннейших красавицы, каких он когда-либо видел. Четыре, считая и мисс Твиннинг. Каждая являлась настоящей сенсацией. Появись такая девушка в людном зале, все разговоры немедленно стихнут, все взгляды с живейшим любопытством обратятся на нее. Когда же она пройдет мимо, никто не сумеет вспомнить, о чем говорил. И эти четыре сестры номинально принадлежат ему. Немыслимо. Пришедшее вслед за тем осознание чудовищности такого наследия оглушило его. Одного взгляда в веселые серые глаза мисс Твиннинг было достаточно, чтобы понять, что она обо всем догадалась.

— Невероятно! — услышал Макс собственный голос, внезапно осипший и лишенный привычной силы.

Тетя Августа разразилась смехом.

Глава 3

— Нет! — Макс упрямо покачал головой, хмуря брови.

Леди Бенборо тяжело вздохнула и тоже нахмурилась. Придя в себя, она усилием воли подавила приступ безудержной веселости и отослала трех младших сестер во внутренний дворик, а сама затеяла с племянником спор, продолжающийся вот уже десять минут. Макс приводил непогрешимые аргументы и оставался непреклонным, как скала. Тетушка, однако, весьма решительно была настроена не допустить, чтобы ее повеса-племянник уклонился от обязанностей по опеке. Помимо всего прочего происходящее обещало подарить ей много часов развлечений, а такой возможностью в ее возрасте пренебрегать не следовало. Ее губ сжались в тонкую линию, в синих глазах появился воинственный блеск.

Макс, прочитав мысли тетушки, первым бросился в наступление:

— Это невозможно! Вы только подумайте, какие пойдут слухи!

Августа широко распахнула глаза.

— Тебе-то что за дело? — возразила она. — Тебе, с твоим поведением, к скандалам не привыкать. — Она пронзила Макса острым взглядом. — Слухи, несомненно, будут, но они никому не смогут причинить вреда. Как раз наоборот, девушки окажутся в центре внимания.

Макс продолжал хмуриться.

Каролина мудро воздерживалась от вмешательства в спор.