Красавец опекун

Она осознала свою ошибку, лишь когда Лиззи потянула ее за рукав, сообщая, что остальные уже ушли. В полной мере понять, к каким это привело последствиям, она смогла, лишь когда была проделана уже половина пути домой.

Они с Максом сидели на переднем сиденье, а Лиззи свернулась клубочком в уголке напротив. Ехали в молчании, потому что Лиззи была слишком утомлена, Каролина — задумчива, а Макс — достаточно опытен, чтобы вести себя по-иному.

Карете оставалось преодолеть еще какое-то расстояние до Маунт-стрит, когда Макс неожиданно взял Каролину за руку. Удивленная, она повернула к нему голову, чувствуя, как его пальцы нежно ласкают ее ладонь. Хотя было темно, их взгляды встретились. Макс намеренно поднес ее руку к губам и поцеловал кончики пальцев. Затем он запечатлел поцелуй на ее запястье, а после без всякого предупреждения наклонился и коснулся губами ее губ.

Каролина испытала настоящий шок. С точки же зрения Макса, он действовал очень сдержанно. Лиззи крепко спала, а властная Каролина пребывала в таком состоянии, когда не могла оказывать сопротивление. Все же он обуздывал свои желания и сначала целовал ее очень нежно, легонько касаясь губ, но постепенно усиливал давление, пока она, наконец, не впустила его язык внутрь. Мысленно усмехнувшись такой реакции, Макс отведал на вкус теплую сладость ее рта и, отстранившись, стал наблюдать за тем, как ее взгляд постепенно приобретает привычное осмысленное выражение.

Округлив глаза, Каролина с ужасом посмотрела сначала на него, затем — на забившуюся в угол Лиззи.

— Не волнуйтесь, она крепко спит.

Голос Макса в темноте кареты прозвучал особенно низко и хрипло, и Каролина почувствовала себя успокоенной. В следующее мгновение карета замедлила ход.

— Вот вы и благополучно прибыли домой, — поддразнил он.

Двигаясь будто во сне, Каролина помогла Максу разбудить Лиззи, после чего он — верх пристойности! — проводил их в дом. С его губ при этом не сходила довольная улыбка."

"Подавив тоскливый вздох, Арабелла широко улыбнулась молодому человеку с открытым взглядом, кружащему ее в очередном вальсе. Ей потребовалось всего лишь несколько дней, чтобы выделить из толпы своих поклонников наиболее перспективных. И прийти к неутешительному заключению, что ни один из них не отвечает ее требованиям. Юноши были слишком юны, мужчины — слишком стары. Никакой золотой середины! Возможно, многие сражаются сейчас на стороне Веллингтона, размышляла она, но ведь наверняка имеются и те, кто не мог оставить важные управленческие посты. И вероятно, не все они дряхлые старики? Арабелла не могла описать мужчину своей мечты, но не сомневалась, что узнает его сразу же, как только встретит. Она была убеждена, что почувствует это, как неожиданный удар молнии.