Красавец опекун

Хотя Лиззи и обладает такой же привлекательной внешностью, что и ее сестры, она слишком серьезна и невинна, чтобы привлечь внимание распутника. С тремя повесами еще можно совладать, но четыре — явный перебор.

Глава 7

Мартин долго раздумывал над последней фразой брата о сестрах Твиннинг, но, лишь встретившись с ними на приеме у леди Монтакьют тем вечером, наконец, осознал ее истинный смысл. Вторую половину дня молодой человек потратил, навещая давних приятелей, но все они, как один, атаковали его просьбами представить их подопечным Макса. Это навело Мартина на мысль, что ему нужно самому познакомиться с ними как можно скорее. Его денщик и камердинер Джиггинз сообщил, что Макс обычно сам сопровождает своих подопечных во время вечерних выездов в свет. Мартину верилось в это с трудом, но теперь, укрывшись за кадкой с пальмой в доме леди Монтакьют, он своими глазами увидел старшего брата в окружении сестер Твиннинг. Когда до него дошло, что волшебное существо, опирающееся на руку Макса, — это его старшая подопечная, Мартину все сразу стало ясно.

Он поспешил к Лиззи, чтобы пригласить ее на танец, и она в ответ одарила его теплой, приветственной улыбкой. Заметив, как Макс что-то прошептал на ушко мисс Твиннинг, после чего предоставил ее в распоряжение толпы поклонников, уже собравшихся вокруг, Мартин удивленно вскинул брови и поджал губы. Интересно, сколь многое сам Макс готов поставить на кон?

Остаток вечера Мартин наблюдал и строил планы. Отказавшись от танцев под предлогом того, что у него болит раненое плечо, он всецело предался изучению Лиззи Твиннинг. То было очень приятное времяпрепровождение. Когда она танцевала, ее серебристое платье сверкало, а в серо-коричневых волосах плясали отблески свечей. Своей естественной грацией она напоминала Мартину сказочного эльфа, вот только он полагал, что этим мифическим существам не присуще очарование, источаемое сестрами Твиннинг. Как Мартин и предвидел, Лиззи любезно подходила к нему после каждого танца, заключив из их утренней беседы, что он отчаянно нуждается в подбадривании. Леди Бенборо, с которой Мартин почтительно поздоровался, отнеслась к его страдальческому виду скептически, но не сумела переубедить мягкосердечную Лиззи, вознамерившуюся оказывать ему посильную поддержку. Мартин осторожно расспрашивал о ней у всех ее кавалеров и испытал огромное облегчение, узнав, что ни одному из них она не оказывает предпочтения.

Услышав первые звуки танца, на который он пригласил ее, Мартин развернул свою кампанию всерьез. Они с Лиззи сидели вдвоем в уединенном эркере вдали от общества ее кавалеров. Напустив на себя печальный вид, он произнес:

— Дорогая Лиззи, боюсь разочаровать вас, но…

На ее милом личике отразилась неподдельная тревога.