Красные искры света

– Это очень приятный запах, – кивнула я, подумав про себя, что немец очень мил.

– А какие запахи любишь ты, Анастасия? – спросил мой темноволосый спутник.

– Запах зефира – когда только-только открываешь коробку или упаковку и вдыхаешь ванильный аромат, рвущийся из нее на свободу. – И запах яблок. И арбузов. И моря. И снега, – зачем-то добавила я. Зефир я не любила, а вот его запах – обожала.

– Снег пахнет? – удивился Карл.

– Конечно! – воскликнула я. – Морозом. Свежестью. Немного молоком. Чуть-чуть – пломбиром. Иногда – рождественской елкой.

– Детством, – включился в игру Карл. Кажется, воспоминания о детстве ему нравились. – Я всегда ждал снег в детстве.

– Детством? Пожалуй, но не для меня, – отозвалась я.

– В твоих глазах грусть, когда ты говоришь о детстве, – пытливо посмотрел на меня Карл. Глаза у него были как пропасти.

– Оно было невеселым.

– Отчего же?

– Я была Золушкой, – созналась я и рассмеялась, увидев озадаченное выражение лица Карла. – Я жила с отцом, мачехой и двумя сестрами.

– И что же случилось дальше? Ты нашла своего принца, Анастасия?

– Зачем мне принц? – пожала я плечами.

 – Моя Золушка убежала из замка отца и мачехи, чтобы жить в хижине – но своей, – изящно, как мне показалось, увильнула я от прямого ответа, дав при этом понять, что со мной случилось. И продолжала дальше: – Если подумать, Золушка вышла замуж за первого встречного, который по чистой случайности оказался принцем. Они ведь даже не были знакомы толком, просто танцевали на балу, немного поговорили…

– Любовь бывает и с первого взгляда, – заметил Карл, глядя в чистое голубое небо.

– Ты в нее веришь? – скептически поинтересовалась я.

– Я верю в то, что чувствовал сам, – было мне ответом.

– И с первого взгляда, как я понимаю, ты еще не влюблялся, – вздохнула я и поторопилась добавить: – Извини, если это личное.

– Нет, почему же, ты права. С первого взгляда – нет. Пока что, – добавил он чуточку лукаво.

– А каким было твое детство? – спросила я.

Мы медленно шли по смотровой площадке – совсем скоро уже нужно было спускаться.

– Беззаботным. Но детство – как вспышка. Было – и нет. Вспоминаешь и не веришь, что вообще был ребенком, – усмехнулся Карл.

 – Ты не будешь против, если я сфотографирую тебя?

– Не буду, – с легкой улыбкой отозвалась я.

Душа, кажется, пела.

Мы еще долго гуляли, разговаривая обо всем на свете, а часа через два сидели на бортиках фонтанов, с высокими стаканами кофе в руках.

Общаться с ним было легко и свободно, словно мы были знакомы уже несколько лет. Хотя, конечно, это могла быть очередная моя иллюзия. Ведь, как известно, лишь время может расставить все по своим местам.