Крик филина

 – Это тебе не по съемным углам скитаться, будешь жить как человек.

И всю дорогу, пока они пешком добирались до управления, танкист рассказывал о том, как геройски погиб его механик-водитель, который во время ожесточенного боя под непрекращающимся огнем ремонтировал трансмиссию, чтобы подбитая машина не досталась врагу.

– Вот такой был отчаянный парень! – жестко оборвал рассказ Филимонов и показал большой, с красной обгорелой кожей, искривленный палец. По тому, как он при этом сурово, из-под насупленных бровей взглянул на Илью, было видно, что Филимонов хотел еще что-то добавить, но в это время они уже подошли к дверям управления.

В дежурной части, подперев щеку кулаком, со скучающим видом сидел сержант Соколов. Увидев Илью, он оживился:

– Журавлев, ну что там с квартирой? Нашел?

– Благодаря Филимонову, – ответил Илья.

Дежурный мельком взглянул на Филимонова, заметил на его груди Золотую звезду Героя и уважительно поднялся:

– Здравия желаю, товарищ капитан.

– Не жалуюсь, – пошутил Филимонов.

Илья скинул с себя тяжелую, напитавшуюся водой плащ-палатку, вернул дежурному.

– Спасибо, Соколов. Выпиши пропуск товарищу капитану, надо нам с редактором многотиражки дельце одно обмозговать. Орлов у себя?

– А нет ваших никого, – ответил дежурный, аккуратно вешая плащ-палатку на шаткую вешалку на трех неустойчивых ножках. – Уехали они. Сам генерал дал им свою «эмку», чтобы ехать в Покрово-Пригородный. Федоров звонил, сообщил, что бабу там одну топором зарубили, вроде бы свидетельницу – Сиркину, кажется, Елизавету Хромовну…

Глава XI

Узнав об убийстве с особой жестокостью пожилой свидетельницы «гражданки Сиркиной Е. Х.», генерал-майор Пресняков в тот же день, сдержав слово боевого офицера, незамедлительно позвонил в Москву, и уже наутро из МУРа прибыла оперативная группа в составе трех человек.

Встречать московских гостей Орлов, которому чужаки были как кость в горле, отрядил Федорова как человека во всех отношениях приятного, способного произвести на приезжих самое положительное впечатление. Однако строго-настрого наказал ему «языком чесать» умеренно.

– Слушаюсь! – залихватски козырнул подвижный как ртуть Федоров, довольный порученным делом, и тотчас ухал на автобусе с Заболотниковым к поезду.

По приезде в управление товарищи из МУРа ушли на встречу с генералом, туда же был неотложно вызван и Орлов.