Кровник

– Ты что, до сих пор считаешь, что я тебе вру?

– Ты слишком легкомысленно выглядишь для человека, убитого горем, – сообщил Тэд. – Я вот что думаю. Если бы, положим, у меня украли самого близкого человека, я бы стонал от горя и пребывал в невменяемом состоянии, ну… как минимум неделю. А ты собран, рассудителен, всю дорогу пичкаешь меня каламбурами… Сепаратисты не брали твою жену, да? Это ты просто придумал – так?

– Сепаратисты! – Я досадливо крякнул. – Надо же – словечко нашел! Это для тебя, возможно, они сепаратисты. А для меня и мне подобных – «духи», «душки», одним словом, это очень емкое понятие. Если я буду стонать и валяться в невменяемом состоянии – кто будет искать мою жену? У меня имеются вполне реальные шансы: есть фото с рожами этих уродов, есть ты – средство проникновения в стан врага, куда в обычной ипостаси мне ни за что не попасть, есть какой-то процент уверенности, что супруга еще жива – пусть ничтожно малый, тем не менее. И самое главное – это я сам. Я всесторонне подготовлен и потому имею большую по сравнению с другими вероятность удачного завершения дела, которое начал. Для того, чтобы прилежно функционировать, мой организм должен быть в нормальном рабочем состоянии. Кому принесет пользу моя меланхолия? Если хочешь, это своеобразная психологическая установка: достичь цели любыми средствами, наиболее рациональным способом. У меня просто нет времени пребывать в невменяемом состоянии… Доступно?

– Доступно, – согласился Тэд и поинтересовался:

– Это что – дзен? Особая форма аутотренинга?

– Можешь считать это дзеном. – Я равнодушно пожал плечами. – А вообще это моя жизненная позция. Если есть хоть один маленький шанс достичь цели, надо отбросить в сторону все эмоции и личные слабости, сосредоточиться и разрабатывать этот шанс, пока не придешь к конечному результату. Это принцип спецназа.

– Да, это серьезно, – заключил англичанин. – Если цель – убивать, вы, с этим вашим дзеном, становитесь опаснее любого хищника. Этакие роботы-убийцы с заложенной программой на уничтожение.

– Ну, брось, – я недовольно поморщился. – Основная задача моей профессии – это сохранение и спасение чьих-то жизней. Порой даже ценой собственной. А то, что я убил этих троих, – так это мое частное дело, не надо путать с профессиональной ориентацией. Если бы я их пожалел, они наверняка укокошили бы нас – это «летучие призраки». – Сделав такое сообщение, я каменным взором уставился вперед, чтобы не встретиться с напарником взглядом. Я безбожно врал потому, что ни о каких «летучих призраках» никогда не слышал.

– О! – удивился Тэд. – Это особый класс преступников?

– Это секта маньяков-убийц, – на ходу сочинил я.