Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

По всему Крыму немцами брошено большое количество полугусенечных артиллерийских тягачей и четырехосных полноприводных разведывательных автомобилей. Это некоторое количество исчисляется сотнями единиц, поскольку каждое трофейное орудие комплектовалось тягачом. Для восстановления мобильности бригады считаю необходимым передать в ее состав из числа трофеев от ста двадцати до ста пятидесяти единиц трофейных полугусечных тягачей и для укомплектования разведроты – два-три десятка бронеавтомобилей, желательно восьмиколесных Бюссинг-НАГ.

Считаю, что если сделать это в течение двух-трех дней, то этого будет достаточно, чтобы выполнить поставленную перед нами задачу.

Кроме того, для повышения боеспособности вверенной мне бригады считаю необходимым провести переформирование ее внутренней структуры.

Василевский вопросительно посмотрел в мою сторону, и я продолжил:

– Предлагаю четыре механизированных роты морской пехоты развернуть в механизированные батальоны с одновременным расформированием прикомандированных частей. Вот примерная структура организации механизированного батальона, – я передал Василевскому лист бумаги.

– Хм, – Александр Михайлович вгляделся в схему. – Оригинально, – он протянул листок Рокоссовскому. – Посмотри, Константин Константинович, в батальоне сохраняется старый костяк из первых отделений каждого взвода, и в то же время в каждое новое сформированное отделение товарищ Бережной включает по два бойца из своих бывших немеханизированных рот. Четыре отделения во взводе… Интересно.

– Именно столько людей, товарищ генерал-лейтенант, вы прикомандировали к бригаде. Не могу же я всем лишним сказать – идите вон, вы нам не нужны.

Мы же все-таки не буржуи какие!

– Хорошо, товарищ генерал-майор, действуйте, – Василевский одобрительно кивнул. – Как я понимаю, включение двух ваших людей в каждое отделение преследует цель сохранения высокой степени управляемости в бою через использование ваших индивидуальных раций?

– Не только, товарищ Василевский, не только, – сказал я, – кроме этого, бойцы из нашего времени должны стать инструкторами по тактической, боевой и физической подготовке. Если подходить к вопросу нормально, то для полноценной учебы и боевого слаживания нам надо бы еще полтора-два месяца.

Но, увы, у нас их нет, и придется учить людей прямо в бою.

Еще и потому во взводах четыре отделения. Когда закончится план «Полынь», боюсь, что из-за потерь в живой силе и технике придется свести четыре отделения в три, если не в два. Но, как говорил товарищ Суворов, чем тяжелей в учении, тем легче в бою. Сегодня у людей праздник, а завтра… А завтра с подъема начнем такие тренировки, что им настоящий бой праздником покажется.