Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

Погибло большое количество раненых солдат и офицеров, приготовленных к отправке в тыловые госпитали.

Воздушный мост рухнул. В последующие дни немецкая транспортная авиация ограничивалась лишь сбрасыванием грузов на парашютах по ночам, не рискуя совершать посадку в кольце окружения. О вывозе раненых и получении подкреплений больше не могло быть и речи. Кроме того, грузовые контейнеры, сброшенные со значительной высоты, сильно разбросало на местности, что затрудняло поиск и сбор грузов."

"На следующую ночь огневой налет был предпринят уже непосредственно по штабу II АК в Демянске.

Полтора десятка тяжелых снарядов с дьявольской точностью угодили и в само здание, в котором располагался штаб, разнеся его вдребезги, и перепахали ближайшие окрестности.

А дальше начался террор. Тяжелыми снарядами большевики не разбрасывались, но каждый подвергшийся обстрелу объект был для немецкой группировки действительно ценен. Добивало немцев и то, что последний снаряд в серии обязательно был агитационным. Он лопался в воздухе над покрытыми воронками руинами уничтоженного объекта и разбрасывал сотни тонких бумажных листков, на которых вместо призывов к пролетарской солидарности и сознательности, обычных для большевистского агитпропа, жирным готическим шрифтом была отпечатана только одна фраза: Ihr werdet alle sterben! – «Вы все умрете!».

Отчаянная попытка отбить Любницу силами моторизованной дивизии СС, предпринятая в период с одиннадцатого по тринадцатое февраля, не привела ни к чему, кроме катастрофических потерь. Бесплодные атаки голодных солдат – в тридцатиградусный мороз, без поддержки артиллерии и авиации, на заранее подготовленные рубежи – были просто самоубийственны.

Несколько случайно уцелевших к началу февраля «троек» и бронетранспортеров были сразу же подбиты русскими орудиями ПТО, и дальнейшие атаки вдоль дороги Демянск – Любница велись уже в пешем строю. Исступленные атаки прекратились только после того, как командир дивизии «Мертвая голова» обергруппенфюрер СС Теодор Эйхе, знаменитый своей службой в Дахау, получил тяжелое ранение во время артиллерийского обстрела штаба дивизии. К тому моменту оставшихся в строю эсэсовцев едва ли хватило на полнокровный батальон, и командованию окруженного корпуса пришлось срочно стягивать на том направлении все свои резервы и укреплять оборону.

В сложившейся обстановке удар большевиков от Любницы на Демянск становился почти неизбежным.

Два дня немецкое командование лихорадочно перегруппировывало свои силы, стягивая к селу Лужино собранную с миру по нитке кампфгруппу. Но русские молчали, ограничиваясь плотными, но эпизодическими артиллерийскими налетами по отдельным скоплениям немецких войск.