Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

Операция «Центавр» прошла вполне успешно, а вот намеченная на вторую половину марта немецкая операция по деблокированию группировки могла уже и не состояться по причине отсутствия необходимых для этого сил и средств. РККА получила прямой транспортный коридор к Старой Руссе и возможность быстро нарастить свою группировку южнее озера Ильмень. А вот вермахт продолжал удерживать, пусть и важный, но все же второстепенный узел шоссейных дорог, для которых у Красной армии имелись пути-дублеры. Это был первый гвоздь в крышку гроба Группы армий «Север».

Но на тот момент эту истину никто, кроме разработчиков операции «Молния» и Верховного Главнокомандующего, не понимал.

16 февраля 1942 года, 17:35.

Москва, Кремль, кабинет Верховного Главнокомандующего Иосифа Виссарионовича Сталина

Присутствуют: Верховный Главнокомандующий Сталин Иосиф Виссарионович, и. о. начальника Генштаба Василевский Александр Михайлович, генерал-майор Бережной Вячеслав Николаевич.

– Товарищи, – сказал вождь, – судя по донесению товарища Горбатова, операция «Центавр» завершилась успешно. Настолько успешно, что Лев Захарович Мехлис рвется на Северо-Западный фронт, выявлять приписки и карать обманщиков.

Что вы на это скажете, товарищ Бережной?

– Пусть едет, товарищ Сталин, – пожал плечами командир отдельной тяжелой мехбригады осназа, – ничего такого, что могло бы подтвердить его подозрения, он не увидит.

– Хорошо, – кивнул Сталин, – мы вас поняли и верим вам. Мы попросим товарища Мехлиса, чтобы он пока никуда не ездил, чтоб не трепать напрасно нервы товарищу Горбатову. А что нам скажет товарищ Василевский?

– Наши железнодорожные части уже приступили к ремонту полотна и станционного хозяйства, поврежденного немцами.

Саперы в двухдневный срок должны завершить ремонт железнодорожного моста через реку Полометь. Считаю, что нам удастся выдержать график подготовки и провести «Молнию» раньше, чем немецкое командование сумеет адекватно отреагировать на случившееся. Кроме того, операции «Гобой» и «Игла», запланированные на двадцать третье февраля и с учетом даты, отвлекут внимание противника от Псковского направления.

– Вы уверены, что немцы не перебросят под Ленинград силы из-под Смоленска? – спросил Сталин, медленно прохаживаясь по кабинету.

 – Может, лучше для начала ударить на Псков, а уже потом проводить операции местного значения, добивая противника?"

"– Никак нет, товарищ Сталин, – ответил Василевский, – у немцев, а точнее, лично у Гитлера просто навязчивая идея насчет нашего наступления на Смоленск. В конце концов, именно здесь мы украли у него Гейдриха и фон Клюге, и именно сюда он стягивает остатки своих резервов.