Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

Кроме них в колонне шли шесть зенитных самоходок «Панцирь-С», на танковом же шасси, а также радиолокационная станция обнаружения 1РЛ-123Е для ЗРПК «Панцирь-С1», несколько грузовиков «Урал» с боеприпасами и четыре БТР-80 с бойцами НКВД на броне.

Колонна из девяноста единиц боевой техники растянулась почти на четыре с половиной километра. Выступив из Войбокало в восемь часов вечера, уже до полуночи колонна была на исходных позициях перед ПГТ Апраксино.

Гвардейский минометный полк РВГК ушел к фронту без разгрузки. В километре от линии фронта, у берега реки Черная военные железнодорожники положили триста метров временных железнодорожных путей.

Вот с этой позиции и ударят по врагу знаменитые «Катюши» БМ-13. А потом, отстрелявшись, сразу обратно, и будто не было там никого. Отсутствие видимой подготовки к наступлению, стягивания артиллерийского кулака, концентрации резервов должны были обеспечить операции полную внезапность. Две свежие стрелковых дивизии в резерве у Федюнинского есть, только они не подтянуты непосредственно к фронту, а сидят в эшелонах в Волхове. Сразу же после захвата Мги, уже в следующую ночь, они будут переброшены к месту событий и сразу с колес вступят в бой. Мгу надо будет удерживать во что бы то ни стало.

На временном КП 54-й армии, расположенном напротив Апраксино, в нетерпении прохаживался Иван Иванович Федюнинский. Артиллерии осназа он в деле еще не видел и потому сомневался. Бойцы штурмовых батальонов уже были в окопах и ждали своего часа. С точки зрения классической военной науки операция выглядела авантюрой. Но немцы отбили уже две «классические» попытки деблокировать Ленинград, в которых наши войска понесли большие потери.

Ровно в полночь в блиндаж спустился командир дивизиона «Солнцепеков» подполковник Остапенко Андрей Юрьевич, который по совместительству был и командующим артгруппой. Отдав генералу честь, он сказал:

– Товарищ генерал-майор, у нас все готово. Разрешите поздравить фрицев с праздником?

– С каким еще праздником? – встрепенулся Федюнинский, который, честно говоря, с того самого вызова в Москву спал не более двух часов в день.

– С нашим, товарищ генерал-майор, с двадцать третьим февраля, – ответил подполковник.

– Ах, с нашим праздником… – Федюнинский немного помолчал.

 – Поздравьте. Но первыми должны быть ленинградцы, а потом уже вы. Только когда будете поздравлять, поздравьте горячо, с огоньком, я слышал, что вы это умеете…"

"Когда секундная стрелка пересекла рубеж, отделяющий 22 февраля от 23-го, где-то вдалеке заиграли багровые отсветы. Установленные у поселка Пески направляющие для запуска 300-мм реактивных снарядов почти одновременно отправили в полет до цели тысячу трехсоткилограммовых смертоносных «поздравлений».