Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

Вы смогли в самую страшную из войн отстоять СССР от фашизма, а мы допустили, чтобы наши вожди сдали страну без единого выстрела.

– Но почему, почему же так все случилось? – майор ГБ Санаев вытащил из кармана пачку «Казбека» и стал взволнованно прохаживаться по кунгу, разминая в пальцах папиросу.

– Я же вам уже сказал, руководство партии в лице первого секретаря КПСС товарища Хрущева освободило себя и ближних своих от контроля органов госбезопасности и внутренних дел. Ну, и конечно, тут же ударилось во все тяжкие. А то шельмование, которому товарищ Сталин посмертно подвергся на XX съезде КПСС в 1956 году, подорвало международный авторитет как Коммунистической партии Советского Союза, так и самого Советского государства.

Именно тогда у СССР резко ухудшились отношения с Социалистической Югославией и Китайской Народной Республикой, в Иране пало просоветское правительство товарища Моссадыка. А Иран, как покажут дальнейшие события, это было серьезно, как, впрочем, и Китай с Югославией.

– Измена?! – резко развернулся ко мне Санаев.

– Именно так! – ответил я. – Сам Хрущев был одним из скрытых троцкистов, которого как-то умудрились пропустить при чистках.

Наверное, потому что казался он безобидным клоуном. И в случае праволиберального излома при Горбачеве, который являлся внуком расстрелянного троцкиста. Как он позже рассказывал западной прессе, разрушение СССР было делом всей его жизни. Инсайд, мать его!

– Что, что?! – не понял майор ГБ Санаев. – Какой инсайд?!

– Есть там у нас такой английский термин, – пояснил я, – обозначает воздействие изнутри.

Ответом мне была эмоциональная фраза на смеси русского и осетинского языков, все русские слова в которой были нецензурными.

– Как это? – возмутился майор Санаев, немного успокоившись. – Ладно, органы госбезопасности отстранили, а где же были рядовые коммунисты, секретари парткомов, армейские комиссары, наконец?

– Мнение рядовых коммунистов в данном случае никого не интересовало – в Кремле принимают решения, а широкие партийные массы за них голосуют. Секретари парткомов всех уровней скурвились первыми, ибо карьерный рост по партийной лестнице был обеспечен только под полным контролем системы.

Иса Георгиевич, вот тут, – провел рукой по крышке ноутбука, – только факты, что называется адреса, пароли, явки, кто как выступал, кто за что голосовал. Но давайте о персоналиях поговорим потом. Сейчас же главное – это то, что превратило партию времен товарища Сталина в партию времен «лучшего из немцев».

– Как, глава Коммунистической партии продался немцам? – возмущенно воскликнул Санаев.

– Нет, не продался немцам, а продал наших немцев западным, – ответил я ему. – Немцы ведь тоже были разными.