Ласточкино гнездо

Вокруг метались люди, одетые во что попало, женщины в ночных рубашках, мужчины в одних подштанниках; а земля все никак не желала успокаиваться, она колебалась, и дрожала, и уходила из-под ног.

– Ваня… Вам неудобно… Опустите меня, я пойду…

– Но вы же…

– Нет, мне лучше… Смотрите, вот Пиль!

Варвара Дмитриевна сделала несколько неуверенных шагов, споткнулась и упала, но продолжала цепко держать коробку с рукоделием – единственное, что она захватила с собой, когда покидала дом.

Опалин поднял старую даму на ноги и отряхнул ее одежду.

С грохотом обрушилась стена здания, стоящего в нескольких десятках метров от наших героев.

Варвара Дмитриевна вскрикнула."

"– Следите за Пилем, он чует, где безопаснее, – сказал Опалин, подводя Лукомскую к каменной скамье, возле которой бродил кот. – А, черт… – Он только сейчас заметил, что не успел как следует застегнуть штаны, и, отвернувшись от Варвары Дмитриевны, привел себя в порядок.

Старая дама с присущей ей тактичностью сделала вид, что ничего не заметила.

– Я вернусь в дом, – продолжал Опалин, хмурясь, – надо забрать кое-какие вещи.

– Ваня, не надо…

– Ну ваши деньги хотя бы. Вы же забрали только рукоделье…

– Там деньги и есть, – ответила Варвара Дмитриевна шепотом, прижимая к себе коробку. – Я… понимаете, вчера несколько книг ни с того ни с сего выпали из шкафа… как было при прошлом землетрясении… и лампочка стала дребезжать… как тогда… Я испугалась. Ну и… решила заранее приготовиться…

– Вы молодец, – без всяких околичностей объявил Иван. – Сидите здесь. Я сейчас вернусь.

На ближайшей церкви ударили в набат.

По улице проехал пожарный расчет с молодцеватыми пожарными в блестящих касках, лестницами и скрученными брандспойтами. Лошади хрипели и упирались, и человеку, который правил ими, стоило огромного труда удержать их. Мускулы на его руках напряглись и стали как канаты.

Через несколько минут в набат ударили на других церквях.

Иногда все звонари, не сговариваясь, звонили в унисон, и оттого впечатление выходило особенно поразительное.

Земля гудела, колокола звенели, собаки не прекращали выть и лаять, истошно рыдали дети, дико кричали обезумевшие женщины. Толчки не прекращались; от повторных ударов рушились балконы, фасады самых прочных зданий покрывались трещинами, целые стены выламывались из кладки и падали грудой камней.

Люди прыгали из окон вторых и третьих этажей, потому что двери заклинило и иным путем выбраться наружу было невозможно.