Леди-мафия

На пальцах у него он увидел два татуированных перстня. На зоне два раза чалился. Только команду он набрал себе не из «синих» – из спортсменов. Видно, маловато в нем весу, чтобы блатных запрячь. А может, «синие» его и не признают. Мало ли чего, может, на зоне офоршмачился. А может, даже и к петушиному племени его ненароком причислили...

Но какой бы он косяк ни упорол, здесь он был главным. И от него зависела жизнь Семы. А ее, похоже, даровать ему не собирались.

А неплохо приспособились к делу братки. Останавливают частника, на его же колесах вывозят за город, вышибают из тачки, пулю в лоб и в земельку. А машину себе забирают. И никаких мучений с угонами. Времена сейчас неспокойные. Частники уже, как прежде, машины во дворах не бросают. А если и бросают, то на сигнализацию ставят и на всякие прочие противоугонные прибамбасы.

Но одного они не учли. У машины в самый неподходящий момент могло проколоться колесо. А самим его менять лень. Пусть частник перед смертью работку небольшую сделает. Только у частника может оказаться в багажнике автомат со снаряженным магазином.

Однако автомат не так-то просто достать. Глубоко спрятан.

«Эй, чего ты там застрял?» – прикрикнул на Сему один браток.

«Домкрат достаю...»

А что он еще мог им ответить?

Ну и достал «домкрат», да как даст из него очередью по козлу в кожаном плаще. Тот метра на три назад отлетел. Упал, дернулся и застыл навеки.

«Ну а теперь, питары конченые, вам отвечать...»

И навел «ствол» на одного, затем на другого. Ну, пацаны, как говорится, жидко обкакались. Да у них даже «стволов» не оказалось. Мелко плавают. А если бы и были у них «стволы», то все равно стрелять бы в него не стали. Уж больно страшно на автомат грудью переть.

«Ну чо, гондоны, теперь врубили, как на людей серьезных наезжать?»

Сема не собирался их так просто от себя отпускать. Лишившись своего вожака, они должны были уйти под него. А почему бы и нет? Они молодые, да и он не старый. Пацаны боевые, крепкие, а «стволов» им подкинуть, так цены им не будет. Вместе с ним будут серьезной силой...

Так и вышло. Пять крепышей с бандитской закваской в голове встали под его крыло.

Пацаны его занимались разбоями на дорогах. Доходное дело. И Сема решил не отказываться от него. Но работать начали с большим размахом. По три-четыре тачки в день потрошили. Только водителей не убивали. Зачем жмуриков на себя вешать, если существуют отличные средства для стирания памяти? Вкатали несколько кубиков под кожу, и клиент готов. Ничего не помнит. Крыша у него на крен едет.

Через полгода менты взялись всерьез за разработку банды Таежника – так стал называть себя Сема. Из тайги он, можно сказать, вышел. К этому времени под его началом работали пацанов пятнадцать. И уже не легковушки «экспроприировали», а целые фуры потрошили.