Ледяное сердце Элленхейма (СИ)

Невысокая, худенькая, темноволосая – что Вегард в ней нашел? Ее губы были искусаны в кровь, а плечи дрожали, но у меня не было к ней ни капли жалости.

И прежде, чем развернуться и уйти, я сказал Ульсену:

– Я добьюсь, чтобы суд состоялся как можно скорее. Что в Терции делают с отравительницами?

Девушка всхлипнула, а я не стал дожидаться ответа и пошел прочь. Ей будет о чём подумать этой ночью.

Глава 23. Кайса

Отцу, разумеется, сообщили, что я навестила Лотту в темнице, и он завтраком в тесном семейном кругу попенял мне на это.

– Поддерживая свою служанку, Кайса, ты тем самым выказываешь неуважение нашим нерландским гостям. Подумай, кто для нас важнее, дорогая! Я понимаю – ты знаешь эту девушку много лет и привязалась к ней, но разумно ли поддерживать преступницу и отказывать в этой поддержке тем, кто от нее пострадал? К тому же подумай, как к этому отнесется Элина, ведь твоя служанка убила человека, который вот-вот должен был стать женихом твоей сестры.

Моя младшая сестра, равно как и Алда, и Мэрит, и матушка к завтраку не вышли. Мы все чувствовали себя подавленными.

– Ее вина еще не доказана, – тихо сказала я.

– Разумеется, – согласился отец. – И уверяю тебя, что я не собираюсь воздействовать на судью, который будет рассматривать это дело. Но и ты не должна в это вмешиваться. Ульсен сказал, что его величество приходил для разговора с Лоттой как раз тогда, когда и ты была там. Не удивлюсь, если твой поступок его оскорбил. Полагаю, тебе следует перед ним извиниться, а иначе он может решить, что мы все не на их стороне. Отправляйся к нему прямо сейчас и постарайся всё объяснить.

Я не стала спорить и, выйдя из-за стола, отправилась в крыло нерландцев – вот только намерения у меня были вовсе не такими, какие пытался внушить мне папенька.

Камердинер его величества попросил меня подождать в приемной и отправился докладывать обо мне своему королю. Ждать пришлось недолго – уже через пару минут меня пригласили в гостиную, которую мы именовали «Зеленой» - здесь всё было выдержано в соответствующих тонах. И мне показалось, что это был вполне подходящий цвет для нашего разговора – он действовал успокаивающе, а это королю Эйнару, после того, как он выслушает меня, наверняка совсем не помешает.

– Ваше высочество! – король Нерландии поприветствовал меня низким поклоном. – Что привело вас сюда? Впрочем, мне кажется, я знаю это и сам – должно быть, вы пришли просить меня о снисхождении к вашей горничной?

Я немного растерялась под его пристальным взглядом и в ответ смогла только кивнуть.

– Ну, что же, если так, то вы сделали это совершенно напрасно, – продолжил он, и в голосе его появился холод. – Нет-нет, я вполне понимаю, почему вы делаете это, и вовсе вас за это не сужу. Ваш поступок свидетельствует о вашем добром сердце.