Летучий корабль

Я сидел за столом, и сладкий запах свеженапеченных блинов призывно щекотал ноздри. Яга права, какие русские блины без сметаны?

— О чем разговор, бабуль? Уже иду!

Я быстренько откинул в сторону половичок, поднял тяжелую крышку погреба и спустился по ступенечкам вниз. Сметана стояла в коричневой кринке, на полке слева, ее я нашел сразу. А повернувшись, увидал ухмыляющуюся морду кота Василия, передними лапами опускающего крышку…

— Ах ты, гад! — с чувством выругался я и полез по лесенке в полной темноте. Не рассчитав скорости, гулко ударился головой. Крышка подвала легко подалась, и сквозь хлынувший водопадом свет мне навстречу протянулась мужская рука… с командирскими часами на запястье.

— Вылезай, Ивашов! Пошли быстрее, а то без тебя все ученья кончатся.

Я ошарашенно поднялся наверх и ахнул. Неизвестно какой замызганный домик, два улыбающихся сержанта, мои товарищи по прошлой службе в Москве… Где же я?! В разбитом оконце виднелась шоссейная дорога с пробегающими автобусами, на горизонте белели айсберги многоэтажек, моросил мелкий подмосковный дождь…

— Да ты что, Ивашов, не в себе?!"

"— Не в себе… А где же Яга, где Митька, где мое Лукошкино? Как я сюда попал? За что?! Я не хочу! Я… я… ма-ма-а-а!

— Никита! Никитушка! Да что же с тобой, сокол ты наш ясный?! — Баба Яга встревоженно трясла меня за воротник. Я открыл глаза, вцепился в нее обеими руками, обнял, прижал к себе изо всех сил и срывающимся голосом прошептал:

— Сон… просто страшный сон… Приснится же такое!

— Да что же тебе, касатик, приснилося? — искренне поинтересовалась бабка, не избалованная такими знаками сыновней привязанности с моей стороны.

— Ку-ка-ре-ку-у-у-у!!! — с яростным, душевным надрывом проорал петух во дворе, начисто перекрывая мой ответ. Мы подозрительно переглянулись… Неподходящее для кукареканья время — час ночи!

— Неужели опять Кощей?

— Навряд ли, он ить в цепях, в темнице, царского суда дожидается…

— Тогда с чего петух орет?

— Не ведаю… Я ж излечила его, бедного, он теперича тока вовремя голосить должон.

— А… не извольте беспокоиться, — с удовлетворенным прихрапыванием донеслось из сеней. — Я это в честь победы великой, над Кощеем, значитца, решил это… петушка нашего геройского побаловать. Угостить от души! Насыпал ячменю отборного в мисочку да зеленым вином залил, не поскупился… Пущай птица порадуется, шутка ли — самого Кощея одолели! Так вы уж… а-а-хр-р! на петушка-то не серчайте, это он с похмелья поет!

— Бабуля, — страдальчески взвыл я, — пустите меня, я его все равно уволю!

— Ну не надо! Не сердись на мальчоночку, — пустилась уговаривать Яга. — Мы-то вот сядем-ка лучше да чайку попьем. А хоть время и позднее, ты мне про сон свой страшный все порасскажешь.