Летучий корабль

Вы успели вчера посмотреть протокол допроса дьяка?

— Успел… — Горох добавил еще по стопочке и кивнул мне: — Ты говори, Никита Иванович, мне забыться надо, отвлечься, не то сорвусь… Что-то там по поводу черноволосой девицы?

— Да, но вполне возможно, что это парик или волосы были перекрашены. По словам дьяка, она приходила вместе с Ксенией в ночь перед кражей чертежей.

— Помню… Ночь эту помню хорошо, а вот с девкой суета какая-то получается. Не было у меня никого. Вот сам посмотри… Вход сюда один, здесь окно, лавка, столик малый да шкафчик с закусками — где спрячешься? Я-то сам в спальне был, вот за этой дверью, Ксюша вошла одна. Ежели кто с ней и был, так за дверями остался.

— Значит, фактически один на один с потайным сундучком?

— Да говорю же, отколь ему, вору, было знать, где что прячется?! Тут ить угадать надо, куда ступить, как обернуться, опять же ключи у меня на шее были.

Я подошел к двери в спаленку, на них не оказалось ни замка, ни крючочка.

— Вы спали с Сухаревой?

— Нет… в бирюльки играли, — буркнул царь.

— Я не в этом смысле. Она осталась у вас ночевать? Вы уснули вместе?

— Ну да вроде… а что?

— Если гражданка Сухарева по простоте своей провела вплоть до ваших покоев свою «подругу», оставила ее «погодить» на лавочке, а сама вошла к вам в спальню — естественно, что вы вторую девушку не видели. А вот она вполне могла заглянуть к вам, убедиться, что все тихо, снять ключи, совершить кражу и перед уходом повесить их вам обратно на шею.

— А…а…а из терема как же? — попытался возразить пораженный государь.

— Просто, — ответил я. — Стрельцы никогда не станут задерживать девицу, выходящую из ваших покоев. Они даже отвернутся, чтоб не глядеть куда не надо. В ваши амурные дела рискнул сунуть нос лишь дьяк Филимон Груздев, прочие стыдливо молчали.

— Да-а… — Горох обхватил голову руками и вновь потянулся к выпивке, но в дверь постучали.

— Баба Яга с экспертизою! — доложили царские стрельцы. — Очень уж принять просют…

Яга вошла бочком, царя она боялась и уважала, хотя «ради интересов следствия» всегда проявляла при нем несгибаемую твердость. Горох важно кивнул, широким жестом указал старушке на скамью рядом с собой и полез за третьей стопкой. На дне штофа еще что-то плескалось…

— Нет. На сегодня алкоголя достаточно, я при исполнении.

— Ладно, тебе не наливаю. Мы с бабушкой на двоих выпьем, да?

— И ей нельзя. Давайте сначала выясним, что у нас там по делу.

— Сначала выпьем!

— Нет, — твердо уперлись мы с бабкой.

— За покойницу?! — мгновенно набычился государь, сведя брови над переносицей под совершенно невероятным углом. Мы выдержали тяжелый психологический поединок, и в конце концов под нашими праведными взглядами Горох опустил глаза и сдался.

— Докладывайте, — попросил я Ягу.