Личный аптекарь императора. Том 2

Вреда больше, чем пользы, — я вытащил из позолоченной оправы кристалл и убрал в карман.

Цепочку отдал девушке.

— Давайте вернёмся в лечебницу. Я хочу ещё понаблюдать за Кирой, — предложил я лекарю.

— Отличная идея! Если ви таки правы насчёт этого камня, то её отец будет только рад поблагодарить вас кругленькой суммой, — подмигнул он мне.

После произошедшего девушка смогла заснуть только под утро. Целых два часа я наблюдал за ней, чтобы удостовериться, что дело было в камне. Кира спала крепко и всего пару раз повернулась на другой бок. Похоже, я оказался прав, но для уверенности попросил Когана понаблюдать за ней ещё сутки.

Вернувшись домой, я застал родных, завтракающих тостами с джемом и гренками. Съев пару вареных яиц и запив сладким кофе, я поднялся к себе и завалился в кровать. Не прошло и пяти минут, как я заснул крепким сном.

* * *Аристарх Генрихович не послушался Распутина и продолжал следить за Филатовыми и собирать о них информацию. Он узнал о том, что некоторые из вассалов опального рода начали выпускать довольно эффективные лекарственные средства, на которых тоже имелась надпись о том, что изготовлено по рецептам Филатовых.

Кроме того, в лечебнице Когана работал санитар, которого Сорокины поставили как соглядатая за конкурентами. Он доложил, что видел, как Авраам Коган два раза посреди ночи привозил в лечебницу коробки с лекарствами, которые находились не в заводских упаковках, а в обычных стеклянных колбах. Откуда Авраам их брал, никто не знал, но все подозревали, что их создали Филатовы.

Сегодня Аристарх Генрихович узнал, что Коганы уже не прячутся, а открыто подписали договоры с теми самыми филатовскими вассалами. Он понял, что медлить и закрывать глаза больше нельзя.

Для доказательства своей правоты он закупил несколько лекарственных средств «от Филатовых» и добыл по своим каналам копию договора, заключенного между Коганом и Иванишвили. Теперь-то Распутин от него не отмахнётся.

Сложив доказательства в саквояж, граф Сорокин вышел из кабинета и двинулся к лифту. От волнения у него скрутило живот и участилось сердцебиение, но это его не остановило. Он знал, что только именно его бдительность поможет лекарским родам остаться на прежнем месте. Филатовы, которым он завидовал и ненавидел всем сердцем, ни за что не должны снова обойти их.

* * *Василий Денисович Распутин сидел за столом и аккуратно размешивал сахар в чае. Он выслушал Аристарха и теперь задумчиво смотрел перед собой.

Ещё в прошлом году он хотел уйти на покой и передать место в Главном управлении имперского здравоохранения своему старшему сыну, но передумал, понимая, что заскучает, сидя в имении. Теперь же он осознал, что принял верное решение. Нельзя уходить на покой, пока не доделал то, за что взялся.