Лев

Прошедшая ночь несколько дестабилизировала его: теперь ему бесконечно хотелось задавать уточняющие вопросы: «А ты меня ещё любишь? Также сильно? Не меньше? Точно? Ты меня не бросишь?». И ещё появилась обвинительная связка: «После того, что ты со мной сделал…», но Лев пока не позволил себе произнести её вслух. Что Слава с ним сделал? Сделал самым счастливым? Только и всего. Но в тревожные моменты, когда он находил кольцо, когда кидал его в Славу, когда тот орал на него, в мыслях так и крутилось: После того, что ты со мной сделал, я нахожу вот это кольцо?

После того, что ты со мной сделал, ты смеешь общаться с другими мужчинами?

После того, что ты со мной сделал, ты на меня орешь?"

"Когда они вышли из метро, Лев думал, как бы спросить у Славы, обижается ли он на него или у них уже всё… как раньше. И, самое главное, куда они пойдут: к себе домой (вообще-то это был его дом, но Лев мысленно называл его общим) или… или Слава пойдёт один в свой основной дом. Но пока он думал, решаясь прервать затянувшееся молчание, Слава заговорил первым.

- Когда мне было двенадцать лет, я был влюблен в своего друга, в Максима.

«Тупое имя», - тут же подумал Лев.

- Мы дружили одной компанией, пять человек, и в школе нас называли «пять мушкетеров», - Слава улыбнулся. – Но вообще-то мы предпочитали название Power Rangers. Я был красным, если тебе интересно.

Лев не видел этот сериал, но хорошо помнил обложку: красный всегда стоял в центре.

- Самый главный что ли? – уточнил он.

- Типа того, – хмыкнул Слава. – Короче, мы были лучшими друзьями, пока я не влюбился в Максима. Я долго маялся, не зная, как сказать, и не зная, как объяснить себе эти чувства. Юля была первой, кому я рассказал: она сразу всё поняла и раз десять показала мне клип группы Тату, намекая, что обо всём догадывается. Ну, я тогда тоже догадался, что она догадывается, и признался. Она меня поддержала, но Максиму посоветовала не говорить, а я всё равно рассказал.

Слава замолчал – так, как будто история уже окончена – и Лев, не дождавшись продолжения, спросил:

- И что потом?

Слава быстро проговорил:

- Максим рассказал всем, они перестали со мной дружить и начали издеваться.

- Били? – холодно спросил Лев, чувствуя, как злиться на двенадцатилетних детей.

- Да. Мама тогда не поняла причину, и не очень стремилась понять, считала, что это всё «наши мальчишеские разборки». Но она предлагала научиться драться, чтобы я мог себя защитить. Бокс там всякий находила. А мне всегда казалось странным бить другого человека, я этого не хотел.

- Так это ж для самозащиты!

- Слушай, ты либо можешь кого-то ударить, либо нет. Всё остальное – мишура.

Лев тяжело вздохнул, уточняя:

- И тогда, видимо, появилось джиу-джитсу?

- Да, - кивнул Слава.