Лев

В темноте Лёва толком не понимал, что выражает лицо Юры и, надеясь, что он правильно его понимает, осторожно лёг рядом. Кровать была узкая и приходилось жаться друг к другу, чтобы не свалиться.

Приподнявшись на локте, Лёва сделал то, о чём давно мечтал: запустил руку в Шевины волосы, убирая пряди со лба. Той ночью от Юры пахло клубникой и мятой, а не клеем, как в последнее время. В след за Лёвиной рукой, Шева задрал голову, выгибая шею, будто подставляя её для поцелуя, и не зная, как расценивать это движение, Лёва медлил, не решаясь коснуться её губами. Ему хотелось спросить, что происходит, и в то же время он боялся разрушить происходящее своими вопросами.

Не дождавшись поцелуя, Шева опустил голову и внёс ясность:

- Сделай то же самое, что ты делал с Власовским.

Лёва не сдержался от улыбки. Понадеявшись, что в темноте не видно, как он обрадовался этой просьбе, Лёва сдержанно спросил:

- Что именно?

- Ну а чё вы там делали, - буркнул Шева, на секунду снова став грубым и неприветливым.

- Лучше скажи, чего хочешь ты.

Он молчал. У Лёвы от волнения заходилось сердце, мысленно он обругивал сам себя: «Блин, ты его так спугнёшь, придурок, вот щас скажет, что ничего не хочет». Шева сказал по-другому:

- Я не хочу говорить такое вслух.

- Говорить не хочешь, а делать хочешь?

- Мне плевать, я завтра умру."

"Лёва натянуто улыбнулся уголком рта.

- Ты не умрёшь, это всего лишь больница. Там не убивают, там лечат.

- А что потом? Когда вылечат?

- Жить дальше.

- Вот так? – непонятно спросил Шева.

- Что… «вот так»?

Шева гнусаво заговорил (и только тогда Лёва догадался, что он плачет):

- Я не хочу такую жизнь. Я не такой, как ты. Я люблю только тебя, а тебе всё равно с кем. Я бы не смог это делать с Власовским или с другим пацаном, а ты можешь. Ты настоящий гомик, а я… Не знаю. Я не гомик.

Он замолчал, вытирая слёзы. Лёва, пока слушал его, чуть не умер от эмоциональных качелей: сначала небывалый подъем («Я люблю тебя»), потом резкий спад («…а тебе всё равно с кем»). Шева, всхлипнув, спросил:

- Если я не гомик, почему я тогда позвал тебя, а не Катю?

Лёва, уязвлённый его предыдущей репликой, холодно сказал:

- Мне не всё равно с кем.

- Зачем тогда ты делал это с ним?

У Лёвы был четкий, полный и эмоциональный ответ на этот вопрос: «Потому что ты, чёртов придурок, мотал мне нервы, изводил своей Катей, заставлял умирать от ревности, а я хотел доказать тебе, что ты мне вообще не нужен, что я могу и без тебя прекрасно справиться!». Но не желая доводить ситуации до ссоры, Лёва сдержанно попросил: - Давай не будем о нём.

- Тогда давай начинать, - со вздохом сказал Шева, как о какой-то тяжелой работе.

Лёва понял, что Шева ждёт от него каких-то действий, и ещё больше растерялся: что он должен начинать? Тем более после такого разговора, со слезами..