Личный целитель Его Светлости

- Истинно так, - важно ответил рыб.

- Тогда расскажи нам с Лекси, как спасти герцога! – выдал брат, и я была восхищена той ловкостью, с которой он сумел запутать окмалиона.

Логично же, если я спрашиваю Навиласа, как исцелить Ирса, то рыб этого тоже не знает. Пожалуй, смекалка у него не хуже моей, а магический резерв, возможно, даже больше.

Гатто обиделся. Он даже жабрами шевелил как-то очень обиженно, но упорно молчал.

- Вот видишь, дружище, - беззлобно произнес Алекс. – Ничего совершенного в этом мире не существует, даже разума. Но я готов признать, что ты умен и проницателен. Даже столь выдающийся ученый, как наш отец, доверял и считался с твоим мнением. Это самая лучшая рекомендация для нас. Не правда ли, сестра?

Я промолчала. А рыба… Рыба можно было брать тепленьким под самые плавники. Еще раз убедилась, что этот синеглазый мужчина способен очаровать любого, даже мнящего себя центром вселенной окмалиона.

- Учись, малек. Вот с таким уважением следует общаться с теми, кто шагнул выше по лестнице эволюции! – назидательно произнес рыб. – А ты все труба… труба…

- Смотрю, ты высоко забрался, - улыбнулась я. – Как бы не свалиться с такой высоты.

- Что еще ожидать от… самки! – огрызнулся Гатто.

- Дамам следует прощать слабости, - наигранно тяжело вздохнул Навилас и закатил глаза.

Позер!

Спелись!

Я отвлеклась на эту перепалку, поэтому следующий вопрос Алекса, заданный самым серьезным тоном, меня несколько озадачил. Но, единожды решив говорить правду, отступать уже глупо.

- Лекси, почему ты оказалась здесь, да еще в роли простой сестры милосердия? – спросил он.

Вот он – момент истины. Я ходила по краю, но сейчас делала отчаянный шаг в бездну.

- Потому что твой дед добился своего и нашего отца арестовали. Меня же считают его… - тут я замялась, но все же продолжила: - Его юной любовницей, которой удалось скрыться с записями целителя. И знаешь, подозревать женщин в низости – это у вас семейное!

Да, я не могла не уколоть Алекса. Возможно, это было не совсем правильно, но Навиласы не только усложнили жизнь отцу, но и лишили семью матери древнего титула, земель и… чести.

- Дед… - процедил Алекс и заметался по комнате. – Он же обещал… Он же говорил… Лекси, прости.

И это «прости» было таким… Оно значило так много… Оно не говорило, а кричало о том, что меня не предадут, несмотря на весь противоречивый характер.

- Ты не виновен, - ответила я.

- Знаешь?.. – вдруг внимательно посмотрел на меня Навилас.

- Пока нет, - честно призналась ему.

- Все же мне очень жаль…

- Отца?

- С ним разберемся. А жаль мне себя.

Вот же… эгоист!

- Себя?.. – растерялась я.

- Конечно! – заявил этот наглец, дедушкин внучок и вообще аристократический сноб. – Впервые в жизни мне понравилась девушка, и та оказалась моей родной сестрой!

Я закатила глаза.