Ликвидаторы

 – Уползла, сволочь!

– Кто? – глупо переспросил Отец.

– Ядовитая сороконожка. Или тарантул. Или скорпион. Или еще какая-то гадость!

Быкан застонал. Видимо, боль была очень сильной.

– Клещ, – жалобно пробормотал он. – Я умру?

– А вот хрен!!! – разозлился сержант. – И не думай об этом! Сейчас тебе антидот вколю, а потом защитный костюм надену! Всем надеть костюмы! Завтра прибудет катер, до этого момента находиться только в бронекоже! Давай, Быкан, подставляй вену!

– Спасибо… – пробормотал тот, успокоившись, будто маленький ребенок, которому пообещали, что страшная болезнь сразу же отступит, надо только съесть ложку сладкого сиропа.

Последнюю ночь не спали вовсе, втроем сидели на ящиках, по углам базы. Клещ запретил входить в жилой блок без защитного костюма – после печальных событий с Быканом там требовалось проводить комплексную очистку и обеззараживание, а не только обработку бактерицидными лампами.

Собственно, они и не дежурили в полном смысле этого слова, просто сидели на ящиках, кемарили, иногда стряхивая забытье – теперь охранять было некого, кроме их же самих да Быкана, изредка постанывавшего от боли.

На ночь сержант ввел раненому еще одну порцию антидота, но, как догадывался Сергей, это подействует не больше, чем прежний курс лечения.

Воронин сидел на ящике, то проваливаясь в забытье, то с трудом раздирая глаза, чтобы посмотреть вокруг. Из них троих более-менее прилично держался только Клещ – сидел ровно, кажется, даже следил за вверенным сектором. Или делал вид, что следит, но тогда хорошо притворялся.

Отец, чтобы не уснуть и не сойти с ума, разговаривал с дочерью. В наушниках то и дело раздавалось его невнятное бормотание – он пел Кристинке какие-то песни, читал стихи, потом рассказывал сказки.

Клещ, обычно строгий к нарушению установленных правил, в этот раз не реагировал, вел себя так, будто с его подчиненным ничего необычного не происходит.

Плясали на электрошинах голубые искры разрядов – теперь, когда дождь прекратился, вновь активировали силовой контур защиты. Мелкие твари, появившиеся невесть откуда, снова пытались взять лагерь штурмом и умирали на первом рубеже обороны.

Глядя на искры, Сергей меланхолично думал, что переоценил число жертв среди ползучей нечисти.

Во время ливня погибли только те, кто не успел хорошо спрятаться. Все прочие, едва Илана утихомирилась, вернулись к любимому делу – поиску пищи. В том числе и на территории лагеря людей.

К середине ночи стало особенно тяжело – время остановилось, и Сергей понял, что до утра не дотянет. Ненадолго развлек Клещ, который приполз из своего угла, посидел рядом с Быканом, что-то проверяя. Потом в наушниках послышался его голос:

– Плохи дела. Я ввел Быкану новую порцию антидота, но это не помогает.