Ликвидаторы

…Черное поле, на котором «Метла-117» приняла страшный бой, так и осталось черным. Это казалось невероятным. Глядя на сожженную землю, Сергей не верил собственным глазам. На Илане трава поднималась за сутки, и это после обработки напалмом. А здесь, на соседней планете системы Толимана? Сколько же дней прошло с тех пор? Сергей попытался сосчитать и вдруг понял, что не может этого сделать. Он был уверен: с тех пор прошли не дни – минула вечность.

Это случилось очень давно… «Сто семнадцатая» покинула Цикаду, оставив две могилы на городском кладбище. Кастета. И Пальцуна.

«Счастливые… У них хотя бы есть могилы…» – сказал тогда Клещ.

В отличие от Поэта. От Дэла. От Наркоши. От Ботаника. От Боксера. От Пастуха. От Черепашки Ниндзя… От…

Сергею стало страшно. Он помнил каждого из своих – помнил! Здесь, на Цикаде, совсем недавно, они были живыми. Совсем недавно. Вечность назад.

Воронин побрел в сторону города. Он не хотел думать о прошлом. Он не мог не думать. Здесь, на Цикаде, слишком многое связано с живой «Метлой». С живой! Тогда никто из них не знал, что за ад ждет впереди…

Знакомая площадь, где танцевала королева бала. Бала в честь спасения города. В их честь, «Метлы-117». Здесь он впервые увидел Снежанну. Увидел и влюбился по уши.

Знакомая площадь. Знакомый дом. Снежинка на крыльце…

Он остановился в десяти шагах, выжидающе глядя на девушку. Она замерла на пороге и смотрела на него, недоверчиво, странно. Странно? Может, испуганно?

– Ты не рада, Снежинка? – тихо спросил Сергей.

И тогда стена рухнула, одним прыжком девушка преодолела крыльцо и ступени, бросилась на шею, повисла.

– Дурак! Дурак… Сереженька, какой ты глупый! – Она плакала, шептала, целовала. Все сразу. – Дурак! Я ведь… Я ждала… Не полетела на Ламур, в колледж. До последнего верила, что ты вернешься! Я знала, что ты вернешься! И ты вернулся!"

"– Я вернулся! – сказал он и поцеловал ее мокрые глаза. – Прости, немного задержался по дороге…

Снежинка совсем потеряла голову, принялась целовать его в щеки и лоб, в глаза и губы. Не стесняясь слез. Потом немного успокоилась, повисла на шее, прижалась к нему, замерла.

– Господи, какая я счастливая! – прошептала она. – Ты вернулся…

– Угу. – Вдруг перехватило горло, и Сергей не смог сказать ничего другого.

– У тебя глаза изменились, – Снежанна отодвинулась назад, взяла его лицо в ладони. – Совсем другие глаза. Я сначала, когда тебя увидела, даже немного испугалась. Вроде мой Сережка, а глаза другие!

– Плохие? – грустно пошутил Воронин, целуя ее в висок.

– Нет. Усталые. Печальные. Такие бывают у бездомной собаки. Всего-то десять дней прошло, а ты изменился…

– Десять дней? – Сергей не поверил.

– Да. Я считала. Каждый из них тянулся, будто вечность, особенно последние. Ты ведь говорил, что на неделю уходите.