Измена. Избранная для дракона (СИ)

Время словно останавливается. Льдинки в его глазах тают, и на краткий миг мне даже кажется, что не было этих четырёх лет разлуки, и передо мной мой прежний Тиррэн. Благородный, понимающий, добрый.

Карету слегка подбрасывает на неровности, мы оба вздрагиваем, и волшебство рассеивается. Пытаюсь отнять руку, но он не позволяет. Мягко тянет меня вперёд, подаётся навстречу.

Лицо дракона стремительно приближается. Его пальцы зарываются мне в волосы на затылке, безжалостно растрёпывая причёску. Удерживая. В его глазах решимость, в моих — недоумение и испуг. Задерживаю дыхание и жмурюсь за мгновение до того, как случится неизбежное.

Губы Тиррэна обжигают поцелуем мой лоб у линии роста волос.

— Эйви, — выдыхает, притягивая к себе.

Сама не понимаю, как оказываюсь на его скамье, на его груди, в его объятиях.

— Как… ты подумать могла? — шепчет хрипло. — Впрочем, неважно. Видимо, могла.

Его пальцы мягко массируют мне затылок. Стук его сердца успокаивает и вместе с тем рвёт душу. Слишком часто я слышала его раньше. Слишком остро сейчас и жестоко вспоминать это снова.

Он обнимает меня за плечи. Утыкается губами в макушку:

— Моя Эйви, я не хотел и не хочу видеть твоих слёз.

Никогда больше я не стану их причиной. Обещаю. Прости, что напугал тебя. Это… всё от ревности, на которую не имею права. Знаю это. Знаю. Прости. Я слишком отвык. Ревновать кого-то. Если ты счастлива, то я тоже рад за тебя. Должен быть. И ты права, я не враг твоей семье, тебе — тем более.

Несколько секунд мы молчим. Перевариваю услышанное.

— Как ты, Тиррэн? — шепчу, прижимаясь щекой к его твёрдой груди и задевая краешком губ его чёрную рубашку. Обвиваю руками его торс, зажмуриваюсь и выпаливаю вопрос, который мучил меня давно.

— После всего… случившегося? Болтают разное. Ты… не умрёшь?

Его мускулистая грудь вздрагивает тихим смехом:

— Не знаю, Эйви. Не знаю. Думал, сдохну от тоски, а потом вдруг резко захотелось к тебе. Взглянуть на твоего сына-дракона, — на этих его словах я широко открываю глаза и вся напрягаюсь, радуясь, что Тиррэн не видит моего лица, — которого у меня нет, и никогда не будет. Это удержало на плаву. Странно, знаю. Уж прости. Зверю приспичило отчего-то.

— Действительно, странно, — отвечаю эхом.

— Впрочем, обойдусь. Захочешь познакомить — буду рад.

Нет, так нет. Не потревожу больше ни тебя, ни твою семью. Я рад, что мы поговорили. И благодарен тебе за честность. Я уеду, но хочу, чтоб ты знала, Эйви, ты всегда можешь рассчитывать на меня. Всегда, что бы ни случилось, поняла?

Касается губами моей макушки, а у меня от этого прикосновения мурашки бегут.

— Да, — киваю послушно, с трудом сдерживая выдох облегчения. — Я тоже рада, что мы поговорили.

Неужели?! Неужели, на этом всё?

— Всё, — раздаётся над головой. — Приехали.

Экипаж останавливается.