Любовь - не обязательное условие, или Попаданка решит сама!

И мысленно добавила: «А фильмов и книг обо всякой жути я видела и читала достаточно, чтобы вообразить такое, что тебя самого приведет в шок и трепет».

— Верю, — усмехнулся он. Но вместо того, чтобы рассказать свою тайну, внезапно попросил: — Поцелуй меня.

Я удивленно подняла голову, и он тут же накрыл мои губы своими. На этот раз поцелуй был нежным, тягучим, невероятно чувственным, сбивающим с ног.

— Арман… — прошептала я ему в губы, судорожно вдыхая воздух, который закончился в легких.

И Арман словно сорвался с цепи, целуя теперь напористо, жадно, страстно.

Я уже не могла стоять и повисла на нем, вцепившись в полы его мундира. Арман подхватил меня под бедра и посадил на подоконник, оказавшись между моих ног. Подставила ему для поцелуев шею, зарылась пальцами в его волосы и тихонько застонала, шалея от происходящего. В этот момент было неважно, кто он, что он. Я сходила с ума от его губ, рук, запаха, срывавшегося дыхания. Нас буквально трясло от желания прикасаться друг к другу, чувствовать, ощущать…

Внезапный стук в дверь не то чтобы привел в чувство, но заставил нас замереть, расфокусированно глядя друг другу в глаза.

Стук повторился, став более требовательным. Я посмотрела на дверь и увидела, как ручка начала медленно опускаться."

"Меня аж подбросило на месте. В голове быстро пролетели ассоциации: полумрак комнаты, мужчина рядом, затем толпа зевак, позор, храм и монастырь. И я, как кошка, в одно мгновение вывернулась из объятий Армана и нырнула за тяжелую плотную портьеру, пытаясь унять дыхание.

Только тут до меня дошло, что в случае с канцлером представленная мною схема вряд ли бы сработала — он смог бы заткнуть рот кому угодно. Не зря ведь про его любовниц знали все, но никто не смел об этом даже пикнуть. Но все равно попадаться очень не хотелось, как и стать героиней подобных слухов.

Арман только и успел схватить воздух перед собой и посмотрел на меня большими удивленными глазами. Он приходил в себя на мгновение дольше моего, но потом до него дошло, почему я так поступила. Он сам тут же пригладил волосы и привел в порядок перекошенную одежду. Причем, поправляя брюки, этот нахал с укором посмотрел в мою сторону!

Ага, это же я ради оттягивания разговора готова была зацеловать его до невменяемого состояния! Нет, так-то я готова к поцелуям, но с другими целями, и…

Что-то мои мысли потекли совсем не туда.

— Арман, ты все-таки здесь, — услышала я знакомый женский голос и напряглась.

— Что ты здесь делаешь? — негостеприимно спросил он, отходя от окна и одергивая мундир.

Он окончательно скрылся из поля моего зрения, но что происходило в кабинете, я слышала хорошо.

— Ты не рад меня видеть?

— Нет, — коротко ответил он.

— А я по тебе скучала…

— Шарлотта, ты сама настояла на разводе. И я тебе его дал.