Ловушка для декана

Может, из-за того, что это не очень-то и бином Ньютона — тостов поджарить и канапешек нарубить, да и паниковать-то особо было не из-за чего — все ж родная мать с сестрой пожаловали, а не ректор Лондонского Экономического…

И, тем ни менее я, была под впечатлением от его сноровки. Как, впрочем, и от самой его компании, которая оказалась на удивление приятной — когда руки не распускал и забывал скабрезно шутить по любому поводу.

Я ведь и забыла уже какой он умный и приятный в общении, наш декан. Вообще забыла его в роли интеллигентного человека — хоть мы и знали его больше как препода, чем как декана.

Вот он и напомнил. Во-первых, без всяких заумных объяснений и нотаций, минуты за полторы объяснил мне задачку с суммой арифметической прогрессии, которую я не понимала еще с девятого класса — на примере кружочков огурца, которые сам же и нарезал. Да так объяснил, что я не просто заучила, а поняла саму суть абстракции и никогда больше не озадачусь этим вопросом.

Во-вторых, рассказал пару новостей из мира большого бизнеса и дал дельный совет по составлению резюме.

Ну, и в-третьих — наверняка, чтобы не выглядеть совсем уже занудой — рассказал пару университетских и сплетен, а одну даже развеял — про то, что Маргарита Геннадьевна из деканата — лесбиянка (как именно он это проверял, я уточнять не стала)."

"Напоследок, угостил рюмочкой шикарного коньяка и даже разрешил покурить в форточку, когда мы все закончили.

С последним правда, не обошлось без нотаций.

— Ты в курсе про лошадь, Максимова? — скептически спросил, глядя, как я изо всех сил стараюсь дымить строго в окно.

Я закашлялась. Вот чего настрой портить? Сам же только что дал мне прикурить!

— Это которую можно угробить каплей никотина?

— Именно.

— Да ерунда все это. Опыты были?

Он поднял бровь.

— Конечно, были. Там не глупей тебя люди сидят.

Я нарочито глубоко затянулась и выдохнула аккуратное колечко.

— Вот прям взяли и убили лошадь, дав ей слизать каплю никотина? Вы серьезно думаете, что так оно все и было?

Он скептически скривил губы, явно развлекаясь.

— Я уточню, но удивлюсь, что именно так все и было.

— А как же защитники животных? Неужели не вмешались?

— Максимова… — он вздохнул. — Я впишу в твое расписание на следующий год обязательный курс по истории науки новейшего времени.

— Чего?! — я задохнулась от возмущения. — С какой это стати?! Нам не полагается обязательная история! Хоть науки, хоть Ренессанса!

— С такой, Максимова, что, похоже, ты не представляешь себе, насколько циничны были ученые в девятнадцатом и двадцатом веках. Тогда, в принципе, и человека могли заставить слизать каплю никотина, чтобы посмотреть, как долго он будет мучиться, умирая. А могли и в кровь впрыснуть, чтоб уж наверняка.

Меня передернуло.