Лучи смерти

– Чур десерт мой! Господа, отдайте его мне!

Лыков подумал-подумал и кивнул:

– Хорошо, поручик, он ваш.

Олтаржевский попросился в пару к чемпиону, но Алексей Николаевич отказал. Мотивировал тем, что риск большой, а ученая голова – это редкость и надо ее беречь.

В воскресенье операция по захвату анархистов перешла в заключительную фазу. Первой на выходе из «Метрополя» арестовали Сотникову. И нашли в ее сумочке бомбу! С большими предосторожностями снаряд разрядили, а саму анархистку вывели через черный выход.

Вторым попался Ильин. Всякий раз, приходя к Грилюку, он махал ему с площади рукой. Помахал и в этот раз – но на входе был мгновенно обезврежен. В карманах бывшего пулеметчика нашли два револьвера. Ильина усадили на пол и пошли брать самого опасного человека в группе. Хорошо, что второй номер уже схвачен; авось Яшка не управится с пулеметом в одиночку. Однако тянуть нельзя: он видел приятеля в окно, ждет его и откроет дверь сам.

И все же сыскные прокололись. То ли слишком долго возились с Ильиным, то ли у Грилюка оказался звериный нюх. Но, когда Белоконь с Рукосуевым подошли к двери его номера, оттуда раздались выстрелы. Анархист стрелял на звук, прямо сквозь полотно, и удивительно метко. Рукосуев пошатнулся и, опираясь рукой о стену, медленно побрел обратно. А Белоконь упал как подкошенный.

Лыков стоял в конце коридора и наблюдал. Как только он сообразил, что произошло, сразу кинулся вперед и вывел старшего филера из-под огня. Пуля угодила тому в голову по касательной. Рукосуев получил контузию и на первый взгляд отделался легко. Поручику было много хуже. Он лежал у порога и не шевелился; пол под ним быстро заливала темная кровь. Как быть? Белоконь умирал, а террорист из-за двери держал его под прицелом.

Пригнувшись, коллежский советник подбежал к номеру. Оттуда снова бабахнуло, и пуля чиркнула сыщика по рукаву.

– Не стреляй, здесь раненый! – крикнул Лыков. К его удивлению, Яшка Бешеный ответил изнутри:

– Вижу. Бери на плечо и уматывай.

Ватными руками Алексей Николаевич поднял офицера. Сумасшедший террорист наблюдал за этим в дыру, до него было всего три шага… Неужели отпустит? Бегом, с раненым на плече, сыщик добрался до укрытия. Там бережно снял обмякшее тело, посадил, прислонив к стене. Белоконь смотрел на него испуганными детскими глазами. Так глядит ребенок, когда нашалил и боится, что мама узнает…

– Вот тебе и десерт… – прохрипел он. И умер."

"Полицейские и жандармы в растерянности столпились за поворотом коридора. Что делать? У злодея под рукой пулемет, сдаваться он не собирается. Дорожка к нему – целых шесть шагов, и она простреливается. Вызывать солдат и стрелять наугад сквозь дверь, пока случайно не попадут? Сыщики предложили переговоры, а охранники – штурм.