Меченный смертью. Том 2

Покажут несколько номеров самодеятельности. Целую неделю готовились. Вы уж не обессудьте, не пройдите мимо. — Кузьмич с надеждой посмотрел мне в глаза.

И вот тут я понял, что очень серьезно вляпался. Внезапный стихийный праздник на открытом пространстве, под прицелом окон и крыш двух пятиэтажек, да еще и при большом стечении народа, не внушал особого оптимизма. Но отказать я не мог. Иначе львиная доля моих усилий по привлечению симпатий населения пойдет прахом.

— Ни в коем случае мимо не пройду, Кузьмич, — успокоил я старосту. — Только ты уж там все организуй по-человечески, чтобы не толпились и не толкались.

— Все сделаю, ваше сиятельство. Не извольте беспокоиться. — Кузьмича очень порадовал мой ответ. — Ну, я пойду тогда.

— Иди, Кузьмич, иди, — хмуро сказал я вслед уходящему веселой походкой старосте. — Надеюсь этот праздник запомнится всем только приятными событиями.

По правде говоря, теперь я уже не был уверен, что смогу дожить до завтрашнего дня. Но выбор был сделан. И теперь нужно все обставить так, чтобы он не оказался фатальным.

Я подошел к Ярцеву и поделился с ним очередной неприятной новостью. Виктор Петрович долго молчал, хмуро глядя то на меня, то себе под ноги. Потом он покачал головой, махнул рукой и, так ничего и не ответив, пошел раздавать приказы. Вернувшись, он подошел ко мне и сказал:

— Ваше сиятельство. У меня к вам только одна большая просьба. — И Ярцев проницательно посмотрел на меня, словно пытаясь понять: это только ему нужно, чтобы я остался в живых или же я тоже, хотя бы немного, в этом заинтересован.

— Говорите, Виктор Петрович. — И я очень серьезно посмотрел на Ярцева.

— Потяните собрание. Мне нужно время, как минимум час, чтобы организовать безопасность прилегающей к клубу территории.

— Хорошо, Виктор Петрович. И благодарю вас, что не стали возражать.

— Если б знал, что от этого будет хоть какой-то толк, то стал бы, — твердо ответил Ярцев и отошел к краю сцены.

Он встал в тень от кулис, там, где его почти не было видно, а он, в свою очередь, мог видеть почти весь зал.

В последнее время мне было как-то спокойнее, когда Ярцев меня охранял. И порой мне казалось, что это очень плохое чувство. Привыкнув полагаться на другого, я мог потерять бдительность и стать расхлябанным. А этого допускать ни в коем случае нельзя.

Я посмотрел на часы. Пришло время начинать собрание. На сцене все было организовано, как и на прошлом собрании: стоял длинный стол, а справа от него трибуна для выступающего. За столом сидели четверо: я, директор шахты, представитель профсоюза и запыхавшийся Кузьмич, который только что прибежал с улицы.

Я открыл собрание небольшим вступительным словом, а после передал слово директору шахты.