Мария, королева Нисландии

Даже летом на мужчинах были не бальные туфли, украшенные драгоценными пряжками, а вполне обычные, хоть и начищенные до глянца сапоги. И не на красных каблуках, которые так обожали местные модники, а самые обычные. Рубахи под жилетами не носили следов кружевной отделки и сшиты не из батиста или шелка, а из обычного белого полотна.

Вместо завитых локонов и накладных кудрей нисландцы плотно сплетали волосы в тугие косы. Смотрелось несколько необычно. И именно над этими косами больше всего издевалась Лютеция:

— Были бы они настоящими воинами и кавалерами, не носили бы прически, как у малолетних детей! Уверена, что если подойти к ним поближе, ты, сестрица, непременно почувствуешь запах мокрой псины! — за спинами принцесс захихикала кто-то из фрейлин и тут замолчала от строго покашливания госпожи Мерон.

До самого вечера у Лютеции было прекрасное настроение, и она без конца возвращалась к внешнему виду нисландцев, не уставая сравнивать их с придворными собственного брата:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Взять хоть Готье де Неветта… Говорят, его отцом был как раз нисландец: у него волосы такого же цвета. Но все же он рос в приличном обществе, научился понимать толк и в танцах, и в музыке, а уж в серсо играет и вовсе лучше всех! А этим бедным дикарям уже не помогут никакие учителя хороших манер! Как жаль, что тебе не позволено танцевать, сестрица! Думаю, маман это сделала с целью обезопасить нас. Уверена, что кто-нибудь из этих медведей непременно наступит на ногу своей даме!"

"Все такие и подобные речи Лютеции Мария очень давно научилась пропускать мимо ушей. Ей самой нисландцы скорее понравились. «Немного странно, что на летней одежде у них меховая отделка. Но в целом, они выглядят гораздо приятнее, чем местные франты с напомаженными усиками. Может быть, мой брак и не будет таким уж ужасным, как предрекает Лютеция?».

Мария вздохнула, понимая, что охотно обошлась бы вовсе без всякого брака. Но, к сожалению, ее собственные мысли никого не волновали.

* * *Вечером начался бал, и для принцесс поставили два удобных кресла чуть в стороне от королевского трона. Благо, что титул защищал их от необходимости изображать придворные поклоны. Когда послы вошли в зал, и король представил им своих дочерей, девушки просто кивнули и улыбнулись, ощущая на себе вежливые, но весьма заинтересованные взгляды.

Лютеция блистала в новом платье, так идущем к ее голубым глазам.