Медальон инквизитора

Впрочем, разглядывать здесь было нечего: кроме стула, в комнате не было никакой мебели, только ровные стены, выкрашенные депрессивной бледно-зеленой краской, да несколько ярких люминесцентных светильников на потолке. Впрочем, была еще одна деталь: в углу, на высоте человеческого роста, в стене была небольшая решетка, видимо, закрывающая вентиляционное отверстие.

Оксана встала со стула (ноги ей, к счастью, не связали), подошла к этой решетке и заглянула в нее.

За решеткой было темно, и отверстие слишком маленькое – в него не пролез бы не только взрослый человек, но даже ребенок.

Зато из этого отверстия доносились голоса. Видимо, какой-то случайный фокус системы вентиляции.

– Шеф, ее доставили! – проговорил грубый, хриплый голос.

– Ну, пойдем посмотрим на нее... – отозвался мягкий баритон, каким, должно быть, разговаривал со своим хозяином Кот-в сапогах.

Голоса за решеткой затихли, и Оксана кинулась на свое место.

Она едва успела сесть на стул. Буквально в следующую секунду дверь комнаты распахнулась, и в нее вошли два человека: уже знакомый ей небритый брюнет и полноватый мужчина лет сорока в солидных золоченых очках.

– Это она? – осведомился этот последний, разглядывая Оксану как редкое насекомое.

Он оказался обладателем того самого кошачьего баритона. И сам он был похож на кота – на большого, самодовольного сиамского кота в золоченых очках.

– Так точно, – по-армейски четко ответил брюнет.

– Где деньги? – спросил похожий на кота тип, подойдя вплотную к Оксане.

– Деньги? – переспросила она удивленно. – Какие деньги?

– Не валяй дурака! – крикнул брюнет, зайдя с другой стороны, и угрожающе взмахнул рукой. – Отвечай, где деньги?

– Не гони лошадей, Константин! – поморщился мужчина в очках.

 – Лучше принеси нам стулья. Разговор предстоит долгий.

Брюнет послушно удалился.

Мужчина в очках наклонился к Оксане и мягко, доверительно проговорил:

– Ты же видишь, что это за человек? Я тебе советую – лучше сразу скажи, где деньги, пока не поздно! Пока он не увлекся процессом... он ведь как акула – если почувствует запах крови, становится сам не свой... я сам его иногда боюсь!

– О каких деньгах вы говорите? – растерянно спросила Оксана. – Я ничего не понимаю...

– Зря ты так... – Мужчина вздохнул и развел руками.

 – Я тебе хотел помочь, но ты не понимаешь хорошего отношения... это нехорошо!

Дверь снова открылась, вернулся брюнет с двумя стульями.

Оба мужчины сели напротив Оксаны. Очкастый глубоко вздохнул и снова спросил:

– Где деньги?

– Пожалуйста, объясните, о чем вы! – взмолилась Оксана. – Сначала меня допрашивали в полиции, потом в какой-то спецслужбе... Но они хотя бы объясняли, что им нужно, их интересовали подробности взрыва в поезде... ни о каких деньгах они не говорили...

Мужчины переглянулись.