Мэйфейрские ведьмы

В заключение отметим, что Мэри-Бет оставила своим, родственникам такое богатство, что многие из них даже не представляли его размеров и не могли оценить. И это богатство не растрачено до сегодняшнего дня.

Второй страстью Мэри-Бет была семья. Занявшись активно бизнесом, она привлекала к делам своих кузенов (или братьев) Баркли, Гарланда, Кортланда и других Мэйфейров; она брала их на работу в компании, которые организовывала, использовала в своих сделках Мэйфейров-юристов и Мэйфейров-банкиров. Фактически, где только можно было, она прибегала в бизнесе к помощи Мэйфейров, а не людей со стороны.

И ей доставляло огромное удовольствие, если другие Мэйфейры поступали точно так же. Когда ее дочь, Карлотта Мэйфейр, начала работать в юридической фирме, не принадлежавшей Мэйфейрам, Мэри-Бет была разочарована и не одобрила подобного шага, но она не повлияла на решение Карлотты, не стала ее наказывать или ограничивать в средствах. Просто дала понять, что Карлотте не хватило дальновидности.

Что касается Стеллы и Лайонела, Мэри-Бет попустительствовала им во всем, позволяя то и дело приводить в дом друзей, которые оставались там на несколько дней и даже недель.

Мэри-Бет посылала детей в Европу с учителями и гувернантками, когда сама не могла поехать из-за дел; в честь их дней рождения она устраивала легендарные по своему размаху приемы, на которые приглашалось бессчетное количество родственников. Она была в равной степени щедра и к своей дочери Белл, и к приемной дочери Нэнси, и к племяннице Дорогуше Милли — все они продолжали жить на Первой улице после смерти Мэри-Бет, хотя на каждую были открыты огромные трастовые фонды, гарантировавшие им безусловную финансовую независимость.

Мэри-Бет поддерживала отношения с Мэйфейрами по всей стране и устраивала многочисленные праздники для родственников, проживавших в Луизиане. Даже после смерти Джулиена и вплоть до самого заката жизни Мэри-Бет на этих праздниках подавались вкуснейшие яства и напитки, причем Мэри-Бет сама составляла меню и пробовала вино, а развлекали гостей приглашенные музыканты.

Часто на Первой улице проводились большие семейные обеды.

Мэри-Бет платила баснословные деньги, чтобы нанять лучших поваров для своей кухни. Судя по многим отчетам, родственники любили посещать особняк на Первой улице, любили длинные послеобеденные разговоры (описанные Ричардом Ллуэллином) и были особенно привязаны к Мэри-Бет, которая обладала удивительной способностью помнить все дни рождения, годовщины свадеб, даты получения дипломов и рассылать соответствующие денежные презенты, принимавшиеся с благодарностью.