Мэйфейрские ведьмы

Беспечность не входила в число отличительных качеств его характера, и его ни в коей мере нельзя было обвинить в недооценке опасности того, с чем приходилось сталкиваться. Иными словами, если судить по отчетам Артура Лангтри, это был исключительно уверенный в себе и сильный человек.

Узнав об исчезновении Стюарта Таунсенда, он ни минуты не сомневался в том, что тот мертв. Быстро перечитав материалы, касавшиеся Мэйфейрских ведьм, он тут же увидел, какую именно ошибку допустил орден.

Двадцать восьмого августа 1929 года Лангтри прибыл в Новый Орлеан, поселился в отеле «Сент-Чарльз» и незамедлительно написал домой, как когда-то и Стюарт Таунсенд.

Дабы впоследствии, ни у кого не возникло сомнений в том, что он действительно останавливался в этом отеле, Лангтри оставил свои данные — имя и фамилию, а также лондонский адрес и номер телефона — сразу нескольким людям из числа обслуживающего персонала. Затем он позвонил в Обитель и сообщил номер своей комнаты в отеле и ряд деталей, отмеченных им по прибытии.

После этого в баре отеля он встретился с одним из агентов ордена — самым компетентным из наших частных детективов — и попросил бармена подать выбранные напитки им в номер.

"

"Лангтри лично убедился в достоверности всей полученной орденом информации. Он также узнал, что Стелла больше не испытывает желания помогать в каком бы то ни было дальнейшем расследовании. Теперь она наотрез отказывалась от встреч с детективами, заявив, что ничего не знает, помочь ничем не может и вообще устала от расспросов.

«Едва расставшись с этим человеком, — писал в отчете Лангтри, — я почувствовал, что за мной следят. Это было не более чем ощущение, однако совершено определенное.

И я был уверен, что слежка каким-то образом связана с исчезновением Стюарта, хотя в разговорах со служащими отеля я ни словом о нем не обмолвился.

Вот почему я счел необходимым тщательно обследовать все помещения отеля в поисках хоть каких-нибудь следов пребывания Стюарта. Однако, по моему глубокому убеждению, убит он был отнюдь не в этом отеле. А те люди, которые пристально наблюдали за каждым моим шагом, явно действовали по чьему-то поручению — кто-то им заплатил. Я принял решение без промедления войти в контакт со Стеллой».

Из своего номера Лангтри позвонил Стелле Мэйфейр. Она взяла трубку в своей комнате и, судя по всему, только что проснулась, несмотря на то что шел уже пятый час дня. Стелла крайне неохотно согласилась вновь вернуться к интересующей Лангтри теме. Вскоре Лангтри стало ясно, что ее переживания вполне подлинны.

— Поверьте, я действительно не имею ни малейшего представления о том, что могло с ним случиться, — уверяла она сквозь слезы. — Мне он понравился, правда понравился. Он был такой странный, такой загадочный.