Мэйфейрские ведьмы

Девушка была в полном отчаянии. Я должен был срочно что-то предпринять.

— А когда он приходит, Дейрдре?.. Я хочу спросить, что происходит, когда он появляется и вы не гоните его, позволяете ему стать видимым… Что потом?

Она смотрела на меня с болью и изумлением.

— Вы сами не понимаете, что говорите.

— Я знаю, что любая борьба с ним буквально сводит вас с ума. Но что происходит, если вы не пытаетесь ему противостоять?

— Я умираю, — ответила она, — И весь мир вокруг умирает — остается только он.

Она провела тыльной стороной ладони по губам.

«Сколько же лет она так страдает и мучается! — подумалось мне. — Как она беспомощна, как напугана и… как сильна духом!»

— Да, мистер Лайтнер, вы правы — я очень боюсь, — подтвердила она, словно прочитав мои мысли. — Но я не собираюсь умирать — я намерена бороться с ним. И победить. Вы покинете меня. И мы никогда больше не встретимся. Никогда впредь я не произнесу его имени, не взгляну на него, не позову… И он наконец оставит меня в покое. Исчезнет из моей жизни. И найдет кого-нибудь другого, кто согласится видеть его… Кого-нибудь… чтобы отдать свою любовь…

— Он любит вас, Дейрдре?

— Да, — едва слышно шепнула она.

Уже темнело, и я не мог отчетливо видеть выражение ее лица.

— Чего он хочет, Дейрдре? — спросил я.

— Вы знаете чего. Ему нужна я. Так же как и вам. Потому что я помогаю ему достичь цели. — Достав из кармана маленький платочек, она приложила его к носу. — Это он предупредил меня о вашем приходе. А потом произнес какие-то странные слова, я в точности их не запомнила.

Но они прозвучали как нечто вроде проклятия: «Я буду пить вино и есть мясо, я буду по-прежнему любить женщину даже тогда, когда от него не останется и костей.

— Мне уже доводилось слышать эти слова, — сказал я."

"— Уходите, прошу вас, — взмолилась Дейрдре. — Вы очень хороший человек. И вы мне нравитесь. А потому я не хочу, чтобы он причинил вам вред, и запрещу ему делать это…

Она смущенно замолчала.

— Дейрдре, я уверен, что в силах вам помочь…

— Нет!

— Но если вы действительно решили, противостоять ему, я могу помочь.

В Англии есть люди, которые…

— Нет!

— Если я вам все же понадоблюсь, позвоните, пожалуйста, — после короткой паузы произнес я.

Она ничего не ответила. Видя, до какой степени она измотана нашей беседой, чувствуя ее безграничное отчаяние, я смирился с поражением, ибо не посмел и дальше причинять ей боль. Я лишь сообщил, где остановился в Дентоне, добавив, что пробуду в городе еще день и если от нее не будет никаких вестей, то уеду.