Мэйфейрские ведьмы

Кто же настоящий отец Роуан Мэйфейр?

Исследование, проведенное в больнице, показало, что группа крови девочки соответствует группе крови Кортланда Мэйфейра, умершего менее чем за месяц до ее рождения. Позволю себе напомнить, что Кортланд, вполне вероятно, приходился отцом и Стелле Мэйфейр, а данные, сравнительно недавно полученные из клиники Бельвю, позволяют с большой степенью уверенности утверждать, что его дочерью была и Анта.

Еще находясь в стенах благотворительной лечебницы после рождения Роуан, Дейрдре окончательно «лишилась разума». Она часами рыдала в пустой палате, время от времени выкрикивая одно и то же:

— Ты убил его!!!

Те же слова она повторила и в часовне во время мессы:

— Ты убил его! Ты оставил меня одну, со всех сторон окруженную врагами! Ты предал меня!

Ее буквально силой вывели из часовни и поспешили отправить в психиатрическую лечебницу Святой Анны.

К концу месяца Дейрдре впала в состояние полного ступора.

Сестра Бриджет-Мэри и по сей день уверена, что Дейрдре обращалась с этими упреками к своему невидимому любовнику.

— Разве вы не поняли? Это его, своего дьявола-любовника, она обвиняла в смерти преподавателя из колледжа и проклинала за то, что он избавился от соперника, ибо хотел, чтобы Дейрдре принадлежала только ему одному — демону, который бродит по ночам здесь, в Новом Орлеане, по улицам Садового квартала.

Согласитесь, объяснение весьма красноречивое, однако оно едва ли могло соответствовать действительности, если учесть, что никакого «преподавателя из колледжа» не существовало. Но что же — или кого — имела в виду Дейрдре? Неужели это Лэшер столкнул Кортланда с лестницы или напугал его так сильно, что тот упал сам? А если да, то почему?

Фактически на этом и закончилась жизнь Дейрдре Мэйфейр.

В течение следующих семнадцати лет ее перевозили из одной психиатрической клиники в другую, везде держали взаперти, подвергали бесчисленным процедурам, электрошоковой терапии и пичкали несметным количеством самых разных лекарств. Иногда на очень короткое время она возвращалась домой, но это был уже только призрак той девушки, которую я когда-то знал…

Наконец, в 1976 году Дейрдре — измученную, постоянно напряженную, лишенную памяти бессловесную калеку с широко раскрытыми глазами — в очередной раз привезли на Первую улицу, и с тех пор она не покидала особняк.

Специально для нее боковую террасу нижнего этажа затянули сеткой от москитов. Год за годом независимо от погоды бедняжку ежедневно выводили туда и усаживали в кресло-качалку. Так она проводила многие часы — застыв без движения вполоборота к видневшейся за деревьями улице."

"— Она не способна вспомнить даже то, что произошло всего лишь минуту назад, — пояснял один из наблюдавших ее докторов.