Мэйфейрские ведьмы

— Предположения… — вздохнул Оуэн. — Опять одни только предположения…

Итоговые заметкиПо данным на январь 1989 года, Роуан Мэйфейр продолжает успешно работать в университетской клинике, творя чудеса за операционным столом, и, судя по всему, еще до конца года будет принята в штат отделения нейрохирургии в качестве лечащего врача-ординатора.

В Новом Орлеане Дейрдре Мэйфейр все так же сидит в своем кресле-качалке, устремив бессмысленный взгляд на запущенный, заросший сорняками сад. Последнее сообщение о появлении «рядом с ней симпатичного молодого человека» — Лэшера — мы получили всего лишь две недели назад.

Карлотте Мэйфейр уже почти девяносто. Волосы ее совсем поседели, хотя прическа остается неизменной вот уже пятьдесят лет. Молочно-белая кожа и опухшие лодыжки — тоже своего рода свидетельства возраста. Однако голос Карлотты по-прежнему тверд, в чем ежедневно имеют возможность убедиться служащие ее офиса. Карлотта проводит там четыре часа, потом берет такси и возвращается домой. Иногда она позволяет себе ленч в кругу более молодых коллег.

По воскресеньям Карлотта Мэйфейр посещает мессу, причем до часовни всегда идет пешком.

Соседи неоднократно выражали готовность отвезти ее туда — как, впрочем, в случае необходимости и в любое другое место — на машине, но она каждый раз отказывалась, говоря, что предпочитает прогуляться по свежему воздуху, ибо это полезно для здоровья."

"Когда осенью 1987 года умерла сестра Бриджет-Мэри, Карлотта присутствовала на погребальной церемонии. Ее сопровождал Джеральд Мэйфейр, правнук Клэя. Говорят, она очень благоволит к этому молодому человеку и намеревается именно ему поручить заботу о Дейрдре, в случае если Богу будет угодно, чтобы она, Карлотта, предстала перед ним раньше.

Насколько нам известно, Роуан Мэйфейр по-прежнему не знакома ни с кем из своих родственников и ничего не знает о прошлом своей семьи.

— Элли всегда боялась, что настанет день, когда Роуан захочет выяснить, кто ее настоящие родители, — совсем недавно рассказывала Гандеру одна из приятельниц Элли. — Мне кажется, за всем этим стоит какая-то страшная семейная тайна, Элли не вдавалась в подробности и только однажды сказала, что девочку необходимо любой ценой оградить от прошлого.

Что касается меня, то я готов наблюдать и ждать сколько потребуется, ибо чувствую себя в долгу перед Дейрдре. Тот факт, что она не собиралась отказываться от дочери, совершенно очевиден, равно как не подлежит сомнению и ее желание обеспечить Роуан в будущем нормальную и счастливую жизнь. Бывают моменты, когда я с трудом подавляю в себе желание уничтожить досье Мэйфейрских ведьм, ибо ни одна другая работа не принесла нам столько боли и страдания, не заставила столкнуться с такой вопиющей жестокостью.