Мэйфейрские ведьмы
Какая связь может существовать между сожженной на костре в семнадцатом веке неграмотной знахаркой из затерянной в горах шотландской деревушки и молодой женщиной-нейрохирургом, спасающей жизни в одной из самых современных клиник Сан-Франциско, между энергичной красавицей — владелицей плантации на экзотическом острове Сан-Доминго и несчастной полубезумной калекой, много лет не покидающей стен старого особняка в Садовом квартале Нового Орлеана?Ответ может вас шокировать: все эти женщины принадлежат к одному семейному клану, и имя им — Мэйфейрские ведьмы. Прочтите документы, собранные на протяжении четырех столетий агентами Таламаски — тайного ордена ученых-историков, посвятивших себя изучению паранормальных явлений.
С тех пор и вплоть до настоящего времени все Мэйфейры фактически являются прямыми потомками Шарлотты. И в каждом поколении рождалась хотя бы одна девочка, наследовавшая дар и силу Сюзанны и Деборы, включая способность видеть этого призрака, мужчину с темными волосами. Вот их-то в Таламаске и называют Мэйфейрскими ведьмами.
Роуан негромко вскрикнула — в ее возгласе слышались и удивление, и нервное возбуждение, и определенная доза иронии. Тем не менее она не сказала ни слова и молча ждала продолжения, внимательно наблюдая за переменами в выражении лица Майкла, в то время как он обдумывал свое дальнейшее повествование.
— Таламаска, — вновь заговорил он, тщательно отбирая слова, — это орден ученых, в первую очередь историков. Они собрали и записали тысячи свидетельств о появлении темноволосого призрака здесь, в этом доме. А триста лет назад он свел с ума и в конце концов лишил жизни Петира ван Абеля, который отправился на Сан-Доминго, чтобы встретиться со своей дочерью Шарлоттой.
Майкл глубоко затянулся и невидящим взглядом обвел столовую. Мысли его витали далеко, и перед глазами вставали совсем иные картины.
"— Я уже упоминал о своих встречах с таинственным мужчиной. Впервые мне довелось увидеть его еще в шестилетнем возрасте, и с той поры каждый раз, когда я проходил мимо этого дома, он возникал в саду. Более того, в отличие от многих и многих очевидцев, чьи рассказы хранятся в архивах ордена, мне он являлся и в других местах. И что самое интересное… Знаешь, едва я после очень долгого отсутствия вернулся в Новый Орлеан и приехал к особняку, призрак появился опять. И когда я рассказал Эрону о странном видении, которое преследует меня с детских лет, и о том, что именно ты спасла мне жизнь, он показал мне досье Мэйфейрских ведьм, составленное в Таламаске.
— Так он не знал, что это я вытащила тебя из воды? Майкл покачал головой.
— Нет. Он приехал в Сан-Франциско, чтобы встретиться со мной из-за поднятой в прессе шумихи по поводу моих рук. Обретенная мною способность входит, если так можно выразиться, в сферу интересов ордена. И они рассматривали меня просто как очередной объект внимания, а для Эрона беседа со мной была таким же обычным заданием, каким было, например, для Петира ван Абеля задание спасти от костра Сюзанну Мэйфейр.
Он в последний раз затянулся сигаретой и швырнул окурок в камин.
— Да-да, он действительно был уверен в этом, по крайней мере некоторое время.
















