Мэйфейрские ведьмы

— Наплевать! — наконец прошептала она, словно разговаривая сама с собой.

Луч солнца, проникший в зал сквозь грязную сетку и пыльные стекла окна, упал на покрытый желтым воском пол. Вокруг Роуан закружились пылинки.

— Все это пустая болтовня… — продолжала она. — Следующий шаг за ними. Ты сделал все, что мог. Я тоже. И вот мы здесь. Теперь пусть приходят…

— Да. Теперь пусть приходят.

Роуан обернулась и молча поманила Майкла к себе. Лицо ее было печальным и умоляющим. Буквально на доли секунды Майкла охватил необъяснимый страх, явственное ощущение угрозы. Он любил Роуан и бесконечно дорожил этой любовью, и все же… И все же он боялся…

— Так что же нам делать, Майкл? — спросила она, и неожиданно лицо ее осветила чудесная, нежная улыбка.

— Не знаю, радость моя. — Он коротко рассмеялся, пожав плечами. — Понятия не имею.

— Ты не догадываешься, о чем я хочу тебя сейчас попросить?

— Нет. Но я готов выполнить любую твою просьбу."

"— Расскажи мне об этом доме, — попросила Роуан, беря его за руку и глядя прямо в глаза. — Расскажи все, что тебе известно о подобных особняках, и скажи, действительно ли его можно спасти.

— Солнышко, да он только этого и ждет! Он еще так же прочен и крепок, как любой замок в Монклеве или Доннелейте.

— А ты можешь спасти его? Не собственными руками и не один, конечно…

— Я с удовольствием сделаю это собственными руками. — Он вдруг запнулся и посмотрел на свои давно никуда не годные, отвратительные, затянутые в перчатки руки. Сколько же времени прошло с тех пор, как они держали молоток, пилу или касались рубанком нежного дерева? Майкл перевел глаза на арку, на лепнину потолка, с которой свисали клочья облупившейся краски. — Боже, с каким бы удовольствием я взялся за эту работу!

— А что, если ты получишь полную свободу действий? Что, если ты сможешь нанять сколько угодно рабочих — плотников, штукатуров, кровельщиков, маляров, — словом, кого сочтешь нужным и в любом количестве? Сможешь ли ты восстановить этот дом в первозданном виде, вплоть до малейшей детали?..

Роуан говорила что-то еще, слова лились медленным потоком. Но он уже все понял и не нуждался в пояснениях.