Мэйфейрские ведьмы

Сейчас, когда ты, надеемся, готовишься к возвращению домой, тебе, возможно, будет интересно узнать следующее: мы лишь недавно услышали, что весть о смерти отца Лувье достигла французского двора.

Тебя не удивит сообщение о том, что в день казни Деборы на Монклев обрушилась страшная буря. Думаю, тебе будет очень интересно узнать, что это событие истолковывается как выражение неудовольствия Господа по поводу распространения колдовства во Франции и Его непосредственного проклятия в адрес нераскаявшейся ведьмы, которая даже под пытками не созналась в своих деяниях.

Несомненно, твое сердце тронет и известие о том, что благочестивый отец Лувье погиб, пытаясь спасти других от обломков падающей черепицы. Нам говорили, что число погибших достигло примерно пятнадцати человек и что мужественные жители Монклева сожгли ведьму, прекратив таким образом бурю. Урок этих событий заключается в том, чтобы наш Господь Иисус Христос увидел большее число разоблаченных и сожженных ведьм. Аминь.

Интересно, как скоро мы увидим памфлет, изобилующий привычными картинами и полный лживых измышлений? Вне всякого сомнения, печатные станки, которые всегда подливали масла в огонь костров инквизиции, уже усердно работают.

Знать бы, где тот инквизитор, что грелся той ночью у очага знахарки из Доннелейта и показывал ей гнусные картинки из своей демонологии? Умер ли и горит в аду? Этого мы никогда не узнаем.

Петир, не трать время на ответное письмо. Только возвращайся. Знай, что мы любим тебя и не клянем тебя за то, что ты сделал, а равно и за все то, что ты можешь сделать. Мы говорим то, что, по нашему убеждению, мы должны сказать!

Преданный тебе в деле Таламаски,

Стефан Франк, Амстердам.

Дорогой Стефан!"

"Пишу в спешке, ибо уже нахожусь на борту французского корабля «Святая Елена», готового отплыть в Новый Свет, и мальчик-посыльный дожидается, когда я закончу, чтобы немедленно отправить это письмо тебе.

Прежде чем твое письмо достигло меня, я получил от нашего агента все необходимое мне для путешествия и купил одежду и лекарства, которые, боюсь, мне понадобятся.

Я отправляюсь к Шарлотте, поскольку не могу поступить иначе, и мое решение не удивит вас. Скажи от меня Александру, что на моем месте он сделал бы то же самое.

Однако, Стефан, напрасно ты делаешь вывод, что я подпал под злые чары этого демона. Да, я нарушил правила ордена только в отношении Деборы Мэйфейр, как в прошлом так и сейчас. Но демон никогда не играл никакой роли в моей любви к Деборе, и когда я столкнул инквизитора с крыши, я поступил так, как хотел поступить.

Я сбросил его вниз за Дебору и за всех бедных и невежественных женщин, которые на моих глазах кричали в пламени костров; за женщин, терзаемых на дыбе в холодных застенках.