Месть ей к лицу

Однако я с огромным удовольствием прочитала весь журнал, от первой до последней страницы. Результатом прочтения было решение заняться обустройством своего жилища. Немедленно, сразу после того, как закончу это дело.

«Если останешься в живых», – съязвил внутренний голосок.

«Останусь! Можешь не сомневаться», – парировала я.

Отогнав мрачные мысли, как стайку надоевших мошек, прочь, я еще полчаса повалялась на диване, вяло полистала женский журнал, показавшийся мне на редкость скучным. Затем приняла контрастный душ, выпила очередную чашку ароматного кофе, после чего позвонила Ломову и, убедившись, что он меня ждет, стала собираться к нему домой.

* * *Константин проживал в Волжском районе, и на этот раз дорога не отняла у меня много времени.

Дверь открыла его жена – невысокая полная брюнетка. Она оказалась весьма приветливой и, видимо, не ревнивой, так как абсолютно спокойно отнеслась к тому, что неизвестная дама спустя минуту после своего появления наглым образом заперлась с ее мужем в его кабинете и не выходила оттуда почти целый час. За это время она нас ни разу не потревожила – я только слышала за стеной звуки работавшей швейной машинки.

Но эти звуки меня не отвлекали. Я была полностью сосредоточена на просмотре видеозаписи – той самой, которую согласно моему плану вскоре должна была предъявить Баклану. Мне нужно было спровоцировать его на определенные действия.

На видео, как и обещал Ломов, была четко запечатлена картина продажи крупной партии героина. При этом видеоматериал сопровождался прекрасно записанным звуком, было четко слышно каждое слово. В глубине души я снова удивилась, насколько смелым человеком нужно быть, чтобы рискнуть сделать такую запись. Попадись Костя в тот момент – его уж точно не было бы в живых.

Центральной фигурой мини-фильма являлся Баклан. Я с интересом рассматривала его. Личностью, на мой взгляд, он оказался абсолютно не симпатичной. На лбу большие залысины, а огромный живот перевешивался через брючный ремень."

"Да уж, пренеприятнейший субъект. Это надо же было умудриться к тридцати девяти годам отрастить такое брюхо! Терпеть не могу пузатых мужиков, а уж тем более молодых.

Ладно, мне с ним, в конце концов, не в постель ложиться.

– Ну как тебе? – нарушил воцарившееся после просмотра видео молчание Костя.

– Потрясающе! Тебе надо Нобелевскую премию дать за заслуги в области… э-э…

– Название области еще не придумано, – усмехнулся он.

– Слушай, тебе не страшно было все это снимать? А если бы они тебя увидели?

Ломов улыбнулся:

– Исключено. Это же скрытая камера, меня там вообще не было, когда это все записывалось. Вот установка была делом рискованным, а уж потом…

– Молодец, – снова похвалила я Константина, – в своей профессиональной области ты гений.