Месть ей к лицу

Единственно, что отложилось в моей памяти – я лежала на диване, а Стас сидел рядом со мной и легкими движениями массировал мне спину.

– Расслабься, Татьяна, – тихо говорил он, – все будет в порядке.

– Просто я устала, – так же тихо ответила я, – и немного боюсь.

– Это нормально, боятся все, но немногие умеют владеть своим страхом, а ты молодец. Запомни, он не успеет выстрелить, мы ведь отработали все до мелочей.

– Да я не этого боюсь, а другого…

– Чего?

– Мне кажется, я в тебя влюбилась…

– А разве это так страшно?

– Не знаю, со мной такого давно не случалось.

– Отдохни, поспи. У тебя еще есть время до девяти часов.

– Ты не уйдешь?

– Спи, я никуда не уйду. И ничего не бойся.

– А ты придумаешь для меня фантастическую спальню?..

А через минуту я отключилась. Сама не ожидала, что смогу так быстро уснуть. Причем сон был нормальный, ровный и глубокий.

* * *– Татьяна, просыпайся.

Кажется, эти слова я слышала не один раз за последнее время. Открыв глаза, увидела склонившегося надо мной Станислава. Мне почему-то показалось, что за то время, пока я спала, он немного изменился. Складки на лбу стали глубже, мелкие морщинки и синеватые круги под глазами проступали намного сильнее. Он как будто постарел.

– Тебе пора собираться.

Я откинула плед, которым заботливо накрыл меня Гордеев, и поднялась. На часах без пятнадцати восемь, и времени у меня уже было в обрез.

– Сделай кофе, – бросила я ему на ходу и поспешила в ванную.

По-быстрому приняв бодрящий контрастный душ, я едва ли не одним глотком выпила чашку горячего кофе и принялась приводить себя в соответствие образу. Уже через полчаса в зеркало смотрела знакомая мне, но не знакомая Станиславу девушка Полина.

– Ну как я тебе? – поинтересовалась я.

– Нормально. Самое главное то, что ты пуленепробиваемая.

– Самое главное, чтобы они не решили отложить на завтра то, что можно сделать сегодня. Иначе у меня нервы не выдержат, если мне придется ходить в таком виде еще несколько дней и каждую минуту ждать нападения.

– Будем надеяться на лучшее, – философски сказал Станислав. – Если бы ты знала, как я уже начал жалеть о том, что втянул тебя в эту историю.

– А я нисколько не жалею, – почти честно ответила я. – По крайней мере, будет что на старости лет внукам рассказать. Или начну писать мемуары, мне есть о чем поведать миру. Ладно, мне, наверное, уже пора.

– Такси ждет тебя возле подъезда. Татьяна, прошу тебя, будь осторожна.

– Буду. Пожелай мне удачи."

"На прощание мы лишь слегка коснулись друг друга губами. Я шагнула за порог, а Стас остался с той стороны: согласно плану, он должен был находиться в квартире на тот случай, если кто-то решит проникнуть в нее и поискать копию записи.